— Я много о вас слышала, — сказала Алина.

— А я о вас почти ничего.

Пауза получилась слишком заметной.

Рома кашлянул. Стас внимательно посмотрел в бокал. Игорь положил ладонь мне на поясницу.

Предупреждающе.

— Вика.

Всего одно слово.

Но я поняла.

Не сейчас.

Не при всех.

Не порти вечер.

Я улыбнулась.

— Садитесь, Алина.

Она села напротив.

Не рядом с Игорем. Напротив меня. И почему-то это выглядело почти как вызов.

Официант подошёл мгновенно.

— Воды без газа и красное, пожалуйста, — сказала она. Потом повернулась к Игорю: — Ты помнишь, какое я люблю?

Тишина.

Крошечная.

Незаметная для чужих.

Оглушительная для меня.

Игорь назвал вино.

Без паузы.

Я посмотрела на него.

Он не смотрел на меня.

— Отличная память, — сказала я.

Он всё же повернул голову.

— Профессиональная.

— Конечно.

Алина улыбнулась.

И вот тогда я поняла: она улыбается не ему.

Мне.

Разговор снова пошёл о бизнесе. О её ресторанах, о долгах, о поставщиках, о долях. Я слушала и пыталась сложить картинку, но она всё время распадалась. Игорь действительно говорил с ней как с партнёром. Жёстко, по делу, местами даже холодно. Алина не уступала. Рома шутил. Стас задавал вопросы.

Всё выглядело нормально.

Почти.

Если не считать того, как она иногда смотрела на Игоря.

Не часто.

Не явно.

Но так, как смотрят не на чужого мужчину.

И если не считать того, что Рома всякий раз отводил глаза, когда я ловила его взгляд.

Я знала этот мужской заговор молчания. Мужчины думают, что умеют скрывать. На самом деле они просто надеются, что женщина будет достаточно воспитанной, чтобы не спросить вслух.

Я была воспитанной.

Пока.

— Виктория, — сказала Алина, когда разговор на минуту отошёл от цифр, — вы давно с Игорем вместе?

— Шестнадцать лет.

— Впечатляет.

Опять это слово.

Я уже слышала его сегодня. Слишком часто.

— Почему? — спросила я.

Она чуть наклонила голову.

— Сейчас люди редко так долго держатся за отношения.

— Мы не держимся. Мы живём.

— Красиво сказано.

— Как есть.

Алина посмотрела на Игоря.

— Да. Игорь всегда умел выбирать то, что надёжно.

Надёжно.

Не любимую.

Не единственную.

Надёжно.

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

— А вы? — спросила я. — Вы давно замужем?

На её руке было кольцо. Я заметила его сразу.

— Пять лет.

— Счастливо?

Рома поперхнулся вином.

Стас медленно поднял глаза.

Игорь резко повернулся ко мне.

Алина улыбнулась.

— По-разному бывает.

Точно так же я сегодня ответила Лине в салоне.

И от этого совпадения мне стало не по себе.

— В любом браке по-разному, — добавила она. — Правда, Игорь?

Он замер.

Всего на секунду.

— Не люблю обобщения, — ответил он.

— Да, — сказала Алина мягко. — Ты всегда любил конкретику.

Я поставила бокал на стол.

Слишком сильно.

Звук получился резким.

— Извините, — сказала я. — Мне нужно выйти.

Игорь сразу наклонился ко мне.

— Вика?

— Всё нормально.

Я встала и пошла не в дамскую комнату, а к стеклянной стене второго уровня, туда, где можно было видеть холл. Мне нужен был воздух, хотя воздух в ресторане был один и тот же — тёплый, дорогой, чужой.

Внизу всё ещё поздравляли Игоря.

Кто-то подошёл к нему, когда он спустился через несколько минут. Рома и Стас ушли за ним. Алина осталась в зале, окружённая своим светлым платьем и спокойствием женщины, которой некуда торопиться.

Я стояла у стеклянной стены и смотрела вниз.

И снова видела не ресторан.

А больничную палату.

Его серое лицо.

Трость, летящую в стену.

Мои руки, дрожащие от усталости.

Нашу спальню, где он впервые уснул без обезболивающих.

Кухню прошлой ночью, разбитый стакан, его бедро под моей ладонью.

Я думала: может быть, я просто устала. Может быть, ревную. Может быть, Алина действительно только партнёр. Может быть, у красивых женщин есть право быть красивыми рядом с чужими мужьями, и это ещё ничего не значит.

Я почти заставила себя поверить.

Почти.

А потом услышала его голос.

— Ты же знаешь, как я её любил.

Я не сразу поняла, что он обращается не ко мне.

Голос мужа ударил в спину раньше, чем смысл слов дошёл до сознания.

Он звучал из зимнего сада — небольшой отдельной комнаты за стеклянными дверями, где стояли живые растения, мягкие кресла и маленький бар. Дверь была приоткрыта. Видимо, Игорь не заметил меня у стеклянной стены. Или решил, что я ушла дальше.

Я медленно повернулась.

Он стоял в зимнем саду за полуоткрытой дверью.

В чёрной рубашке.

Красивый.