Они зафиксировали её руку так, чтобы луч попал по кандалам. Она слышала, как Дажер приказывал им выставить определённую мощность, и свет усилился.

Сначала она не чувствовала ничего, кроме обычного холода, который возникал при любой атаке на неё или браслеты.

Затем…

Затем, «Осколки», она почувствовала дрожь. Воздух вокруг неё завибрировал. Ощущение холода от браслета ослабло.

Она напряглась и почувствовала то, чего не чувствовала очень давно. Источник силы внутри неё, врождённую Инвеституру её вида, постоянно пополняемую напрямую из Духовной реальности. Она не могла получить к ней доступ, но чувствовала, что она ждёт её.

Её чувства расширились. Её вид не просто так называл себя богами. Драконы были Связаны со своими последователями — и друг с другом. Когда кандалы ослабли, она потянулась, ища своего дядю. Как её учили в детстве, она выпустила свой разум из тела и вошла в Духовную реальность, отправившись туда, куда драконы уходят, когда спят, медитируют или умирают.

В праокеан.

Он принял форму бескрайнего берега — пляжа, как на Йолене, с сияющим белым песком и накатывающими волнами. Вдоль всего берега стояли драконы, как невероятные статуи, возвышающиеся более чем на сотню футов. Их линия уходила в бесконечность, некоторые были более выветренными, чем другие.

На самом деле это были не статуи, но и не живые существа. Нечто среднее. Это были мёртвые, которые всё ещё медитировали, и это было место, которое могли посещать живые драконы — если они были достаточно взрослыми, чтобы пройти обучение.

И если они не были заперты кандалами. Единственные разы, когда Старлинг была здесь после изгнания, это когда могущественные драконы приводили её предстать перед судьями и ответить, готова ли она уступить их требованиям или нет.

Сегодня она пришла сюда сама, появившись прямо на берегу. Ноги в песке. Катящиеся волны, как старые друзья, окликающие её. Она обернулась, ища своего дядю, надеясь, что он услышит её уникальный зов — впервые за много лет — и присоединится к ней здесь.

Он не пришёл.

Но пришёл кое-кто другой. Существо с белыми волосами, в человеческом облике, с выдающимся носом и усмешкой под стать.

Её дядя, возможно, не услышал её, но её наставник — услышал.

Глава пятидесятая

— Не смотри на меня с этим дурацким выражением лица, — сказала женщина-охранница, входя в комнату Заката. — Я знаю всё. Тебе будет намного, намного легче, если ты расскажешь сам, а не заставишь меня вытягивать это из тебя силой. Когда Дажер тебя нанял? Как он доставил тебя сюда?

— Он нанял меня, — осторожно сказал Закат, — в своих комнатах после того, как я прибыл. Я приплыл на лодке, как вы, вероятно, видели.

Женщина закатила глаза. На ней были ослепительно белые перчатки — такое было у немногих. Он снова заметил, как её маска очерчивает подбородок и бока лица, хотя передняя часть была открыта. Это была единственная такая маска, которую он здесь видел.

— Прошу, — сказала она, — этот спектакль «глупый дикарь» меня не обманет. Твоё появление слишком, слишком удобно. Простой туземец, приплывший к этим берегам из тьмы с историей о перпендикулярности, совпадающей с фантазиями Дажера? Сразу после того, как он потерял столько солдат, что его операция под угрозой закрытия? Это явно подстроено.

Подстроено?

Она считала, что он актёр, нанятый Дажером, чтобы притворяться… ну, человеком с Первой от Солнца. Он находил логику в её догадке — действительно, появление Заката должно было выглядеть удобным. Особенно если предположить, как все эти чужеземцы, что такой человек, как он, никогда не смог бы пересечь неморе без помощи.

— Не будешь говорить? — спросила она. — Я Саджа, из военной полиции. Моя работа — следить за Дажером. Не знаю, говорил ли он тебе, но то, на что он тебя подбил, крайне незаконно. Врать нам, позволить ему затребовать секретное и важное оборудование?

— Если в этом регионе и есть перпендикулярность, то не здесь — но Дажер не может позволить себе это признать. Он стал причиной гибели шести солдат, ведя едва одобренный личный крестовый поход. Он знает, что когда правда выйдет наружу и все узнают, сколько денег, времени и крови он потратил впустую… его карьера будет кончена. Его посадят в тюрьму. — Она указала на Заката. — Ты отправишься с ним — если только…

— Если только… что? — спросил он. Потому что она этого ждала, а Вати говорила ему, что он должен хотя бы пытаться поддерживать разговор.

— У меня есть для тебя предложение.

Закат едва не рассмеялся. Конечно, есть. Почему бы и нет? Почему бы каждому в этом безумном месте не иметь для него какой-то роли в своих интригах? Кто следующий? Повар, который приносит ему еду?