Призывая магию крови к кончикам пальцев, я тянусь в карманную пустоту, которую создал ещё в шесть лет. Это удивительно простое заклинание, само по себе сокращающее пространство для создания небольшого хранилища, которое можно вызвать в любое время. В нем полно всевозможных ингредиентов. Я замираю, когда мои пальцы касаются бесцветного растения, которое Крипт принес с Границы.

Этот эликсир не сработал когда у Мэйвен был последний припадок, потому что я по глупости создал его с помощью магии крови. Я чувствовал себя тошнотворно беспомощным, когда она исчезла.

Но теперь, когда я могу использовать некромантию…

— Сай? — Подсказывает Бэйл. — Ты все еще с нами?

Я отбрасываю свои мысли и достаю небольшой набор ингредиентов, которые нам понадобятся: глаз тритона, пыль из рога единорога, горсть сухих листьев плесени, ступку с пестиком и так далее.

Лицо Мэйвен озаряется многообещающим видом. Это такое редкое выражение на ней, что я не могу не пялиться. Наблюдение даже малейшей доли ее счастья подобно дозе дофамина прямо в мою душу.

Это заставляет меня…

— Я не могу понять, возбужден ты, хочешь ли пить или… восхищаешься, — думает она, приподнимая бровь.

— Все вышеперечисленное.

Бэйлфайр переводит взгляд с Мэйвен на меня. — Вы, ребята…?

— У них телепатический разговор, — с горечью соглашается Крипт.

Он может быть ненормальным маньяком, но никто не может сказать, что он не наблюдателен.

Все три придурка снова бросают на меня ревнивые взгляды, но Мэйвен просто поднимает покрытые плесенью листья.

— Не мог бы ты помочь?

Я быстро начинаю помогать ей отмерять ингредиенты, которые нам понадобятся для маскировочного зелья, которого должно хватить на несколько часов, но замечаю, что всего четыре порции.

— Тебе не понадобится?

Мэйвен изучает пыль из рога единорога. — Вы все были известными наследниками всю свою жизнь. Я точно знаю, что вас можно легко найти как на человеческих, так и на сайтах наследия, потому что Кензи преследовала вас четверых в цифровом виде после — Поиска. Единственная моя фотография, когда-либо сделанная, находится на телефоне Бэйлфайра, когда я пыталась заставить вас всех меня возненавидеть. Он сделал фото во время урока, когда думал, что я не вижу.

Бэйлфайр беззастенчиво ухмыляется. — Ты заметила это, да?

— Ты не проявил деликатности. Кроме того, оно установлено на твоем экране блокировки.

— Что я могу сказать, детка? Ты не щадила мое сердце, и я хотел чего-то еще, кроме твоего восхитительного аромата, чтобы постоянно дрочить.

Эверетт что-то бормочет себе под нос, а я закатываю глаза.

Крипт кивает, как будто находит выходки дракона вполне понятными. — Знаешь, ты мог бы поделиться, Децимус.

— Будто ты и так не дрочил на нее все время из Лимба, Сталкер, — закатывает глаза Бэйлфайр. — К тому же, у тебя тогда не было гребаного телефона, так как я должен был что-то тебе отправить?

— Это к делу не относится. Нам действительно нужно раздобыть побольше фотографий нашей девочки.

— В нижнем белье, — кивает Бэйл. — Или буквально во всем.

— Или ни в чем, — возражает Крипт.

— Черт возьми, да. Я выбираю вариант — В.

— Яхочусказать, — быстро продолжает Мэйвен, игнорируя наши ухмылки по поводу ее очевидной потребности сменить тему, — что меня не узнать. Мне не нужно маскироваться.

Я наблюдаю, как она умело растирает в ступке глазные яблоки тритона и листья плесени. Очевидно, у нее не возникнет проблем с приготовлением этого зелья самостоятельно, и мои мысли снова возвращаются к бесцветному растению из Нэтэра в моем кармане.

Некромант я или нет, но никогда больше я не буду беспомощно сидеть рядом, пока мой кровавый цветок страдает.

— Когда мы идем на это свидание?— Спрашиваю я телепатически.

— Как только эти снадобья подействуют, — бормочет она, кажется, не осознавая, что ответила вслух, перемалывая новые листья.

Остальные с любопытством наблюдают за ней, но я удаляюсь в одну из комнат, чтобы попробовать свои силы в совершенствовании эликсира, который, возможно, скоро ей снова понадобится.

7

Мэйвен

Из множества моих проблем, две полностью занимают мое внимание, пока мы идем ветреной, холодной декабрьской ночью по центру Гастингса к закусочной, о которой мне рассказывала Кензи.

Моя первая проблема в том, что я начинаю… что-то чувствовать. Ко всех четырем моим парам.

Конечно, я хотела их раньше. Я решила, что они мои и что я буду бороться за них.

Но сейчас?