Другой демон с пирсингом толкает локтем своего брата. — Заткнись нахуй! Что я тебе говорил о том, чтобы держать свой гребаный рот на замке? Ты все испортишь.

— Что испортишь? — Спрашиваю я, выгибая бровь.

Близнецы с пирсингом неловко переговариваются и объявляют, что закончили есть, прежде чем поспешить с заправки.

Мелхом закатывает глаза. — Демоны, только что вышедшие из Нэтэра, — гребаная заноза в заднице. Они просто огромные ублюдки, которые не могут отличить свои хвосты от членов — но такова уж семья, я прав? — он ухмыляется мне.

— Я не знаю. Но если они твои родственники, то это вполне объяснимо.

Он смеется и толкает локтем свою подружку. — Готова идти, адская шлюха?

Эйша закатывает глаза и пихает его так, что он чуть не падает со стула. — Давай, и прекрати на меня тявкать. Я догоню.

Мелхом начинает протестовать, но когда он видит, что Крипт все еще смотрит на него так, словно представляет себе самый болезненный способ содрать плоть с демона, он быстро уходит. Я наблюдаю из окна заправки, как он садится на сверкающий мотоцикл на стоянке рядом с близнецами на их собственных мотоциклах. Четвертый пустой мотоцикл, должно быть, Эйши.

Кензи рассказала мне о мотоциклах несколько недель назад, но я впервые вижу их в реальной жизни.

— Они выглядят интересно.

Эверетт, Сайлас и Крипт переводят взгляд туда, куда я смотрю. Эверетт усмехается, разговаривая телепатически.

— Я бы купил тебе такой же, но они — смертельные ловушки.

— Ты похоже, считаешь, что это не аргумент в пользу покупки. — Я смотрю, как один из близнецов заводит свой мотоцикл и заводит двигатель.

Вождение громоздкой машины, не дается мне легко.

Но вот одним из таких? Да, пожалуйста.

Бэйлфайр переводит взгляд между нами и хмурится. — Черт возьми, что я упускаю?

Это выводит меня из задумчивости, и я снова смотрю на Эйшу.

— Все, что ты делала, это говорила об Амато. Ты не объяснила, почему хотела поговорить со мной, так что выкладывай.

Один уголок ее губ приподнимается. Она кажется почти задумчивой, что чертовски странно для демона.

— Это все,Телум. Просто хотела познакомиться с тобой лично.

— Чушь собачья.

Она смеется. — Думай, черт возьми, что хочешь, но мне просто нужно было увидеть, из чего сделана дочь моего старого приятеля. Должна сказать, я не разочарована. Ты кажешься чертовски веселее, чем был Амато, но я все равно хотела бы сама оторвать голову этой бессмертной пизде за то, что она убила его. Говоря об этом, я надеюсь, ты знаешь, что у тебя есть наша поддержка. Большинство из нас, демонов в этом царстве, большие твои фанаты, малышка.

— Ты имеешь в виду, что кучка нелояльных, хитрых, потворствующих, пожирающих невинность порождений Нэтэра каким-то образом на моей стороне? — Уточняю я.

— Еще как, черт возьми, мы на твоей стороне.

Я не доверяю демонам, но это хорошая новость.

— Последний вопрос. Как ты нашла меня здесь? — Спрашиваю я.

Эйша ухмыляется. — Отследила телефон, с которого ты звонила Мелу несколько дней назад. Было нелегко, но получилось.

Черт возьми. Я должна была догадаться. Со вздохом я вытаскиваю раскладной телефон из кармана, разламываю его пополам и бросаю в газировку демона.

Эйша оглушительно смеется, когда встает, чтобы уйти, кивая мне подбородком. — А теперь серьезно. Если тебе понадобиться помощь в уничтожении «Совета Наследия» и наведении анархии в мире, звони мне,Телум.

Наконец она уходит. Я смотрю, как четверо демонов выезжают со стоянки на своих красивых мотоциклах.

Крипт без единого слова исчезает в Лимбе, когда Бэйлфайр ворчит: — Знаешь что? Что касается демонов, то они оказались не такими плохими, как я ожидал.

— Ты серьезно? Ты видел, как они ели? — Эверетт морщится. — Черт возьми, у них как будто челюсти свело.

Бэйл фыркает, а затем наклоняется, чтобы поцеловать меня в макушку. — Хорошо. План игры. Мы купим здесь картошку фри и прочее дерьмо, но, поскольку мы будем ехать всю ночь, давай также купим тебе что-нибудь перекусить на заправке…

Крипт снова появляется, держа в руках охапку конфет, чипсов и напитков в бутылках.

— Но покупки настолько переоценены, — ухмыляется он.

— Эй, ты. Татуированный, — говорит девушка за стойкой, хмурясь и впервые с тех пор, как мы вошли, обращая на нас внимание. — Ты собираешься заплатить за все…

Она замолкает, ее рот приоткрывается, а глаза расширяются. Сначала я думаю, не попало ли мне на лицо немного крови Эйши или что-то в этом роде, но потом она указывает на меня пальцем и визжит.

— Стой! Ты — ты маньяк из новостей, убивающая бессмертных! О мои боги, о мои боги, о моибоги…

Она хватается за телефон, как будто собирается позвонить человеческим властям.

— Это наш сигнал, — объявляет Эверетт, беря меня за руку, когда мы убегаем с заправочной станции.

30

Бэйлфайр