— А если оба варианта невозможны? Если нет возможности избежать угрозы? Нет надежды, что сможешь справиться с ней? Что будет делать тело, если мозг решит, что человек должен смириться с неизбежностью надвигающегося ужаса? — спросил доктор Суитон.

Никто не ответил, и тогда он продолжил:

— Тело испытывает дорсальное вагальное отключение. Метаболизм замедляется, поэтому частота сердечных сокращений резко падает, кровяное давление снижается, функции кишечника, почек и иммунный ответ уменьшаются. Тело «спасает» нас через диссоциацию, разрушение или «замораживание».— Он поднял руки и изобразил в воздухе кавычки.

Доктор наклонил голову и огляделся по сторонам.

— Но как быть с ребёнком, выросшим в семье, где он постоянно подвергался насилию, где есть постоянный приток кортизола и адреналина? Что происходит с нашей естественной системой тревоги, когда она постоянно активизируется против угрозы, которой человек не имеет надежды противостоять? Что делает человеческий разум, когда ярость и ужас не прекращаются? Как справляется с этим ребёнок? Что делает тело, чтобы спасти психику?

Леннон смотрела на море голов перед ней. Наконец одинокая рука поднялась, и доктор Суитон кивнул молодому человеку.

— Вы имеете в виду ребёнка, который с раннего возраста подвергается сексуальному насилию со стороны члена семьи?

— Да. Такой сценарий встречается чаще, чем нам хотелось бы. По данным Центра по контролю и профилактике заболеваний, каждый пятый ребёнок в этой стране подвергается сексуальным домогательствам. А реальное число случаев, скорее всего, ещё выше, учитывая, что о многих подобных происшествиях не сообщается и, следовательно, они никак не лечатся.

— Чёрт, — пробормотала девушка, сидящая перед Леннон.

Действительно, чёрт. Леннон скрестила руки на груди и передёрнула плечами. Трудно было даже на мгновение задуматься о том, что прямо в эту минуту страдает огромное количество детей. Их мозг перекручивается, пока их маленькие нервные системы изо всех сил пытаются защитить их. Эта та самая мысль, над которой она плакала после просмотра всех тех видео. Ещё одно напоминание. Как будто она в нём нуждалась. Неужели всем этим детям суждено однажды скитаться в страданиях по грязным улицам и продавать своё тело? То, которое, как им внушали, ничего не стоит и им не принадлежит?

— А что, если кто-то вмешается и им помогут на самом раннем этапе? — спросил кто-то.

— Если вмешаться на ранней стадии и обратиться к специалисту по психическому здоровью, который понимает, что такое «травма», и как она влияет на мозг, то всегда есть надежда, что человек сможет исцелиться. Есть периоды, когда мозг переживает бурное развитие, например, в подростковом возрасте, и тогда лечение ещё более эффективно. Однако часто травмированные люди слишком насторожены, чтобы довериться врачу, открыться ему. Ведь для этого, надо стать уязвимым. Тело не позволяет этого. Даже матери, пережившие длительное воздействие травмы, не могут ослабить своё недоверие и напряжение настолько, чтобы нормально заботиться о своих детях. Их разум и тело находятся в состоянии постоянного возбуждения. Часто они слишком «заморожены», чтобы общаться с другими людьми. Они застряли в состоянии борьбы или бегства. Или у них просто снижена чувствительность вообще ко всем чувствам. Их схемы реагирования нуждаются в перепрошивке. Их внутренняя система сигнализации просто-напросто сломана.

— Вы хотите сказать, что у людей, переживших хроническую травму, повреждён мозг? — спросил мужчина в центре аудитории.

— Да, можно сказать и так. У людей, переживших хроническую травму, особенно в детстве, повреждён мозг. Поэтому первый шаг к исцелению должен быть направлен на сам мозг.

В аудитории раздался негромкий ропот. Леннон согласилась с тем, что это смелое заявление. Но была ли она не согласна? Пожалуй, нет.

— То, что я говорю, не так уж противоречиво, как может показаться, — продолжил доктор. — У нас есть снимки, которые фиксируют, что происходит в разных отделах мозга, когда человек получает травму. Это совершенно ясно. Более того, травмированные люди прекрасно понимают, что с ними что-то не так, и страдают из-за этого. Они колеблются между возбуждением и оцепенением. Они часто склонны к суициду и имеют крайне низкую самооценку. Они испытывают хроническую эмоциональную боль.

Женщина подняла руку.

— Доктор, существуют ли лекарства, которые могут помочь этим людям?