По всем расчетам выходило, что сейчас они оба погибнут. В данном случае это были не пораженческие мысли, а объективная реальность. Но что-то не давало Килиану сдаться даже сейчас, когда результат очевиден. Что-то говорило ему, что он должен найти выход.

Чтобы выиграть немного времени, свободной рукой он выхватил саблю и вонзил в доски палубы. Хоть будет за что держаться. Сейчас им как воздух необходима была хоть малая толика удачи. Увы: чтобы воздействовать на вероятности, ему позарез нужны были обе руки. Без помощи рук он мог сотворить разве что магнитокинез. Да и в любом случае, на любое заклятье требовалось бы взять откуда-то энергию.

Тем временем кольцо кораблей замкнулось окончательно, вынося им безмолвный приговор. В палубу в паре метров над головой юноши ударили ядра, раскалывая доски и высвобождая саблю. Килиан снова утратил опору: их с Ланой швырнуло в сторону палубы, разорвав плотную ткань одеяний об доски. Зато на этот раз чародейке удалось удержаться от падения в бурлящую водяную бездну.

На этом хорошие новости закончились. Палуба стремительно заполнялась водой, и поделать с этим было уже нечего. Очевидно было, что они утонут ещё до нового залпа.

Килиан посмотрел на саблю, которую все ещё держал в руках: бесполезный кусок металла, созданный людьми против людей и бессильный против стихии. Затем на воду под ногами: сейчас ученый стоял уже не на корабле, а на груде плавучих досок, в которой корабль узнавался лишь при определенной доле фантазии…

И тут что-то щелкнуло у него в голове.

— Лана! — крикнул Килиан, — Обними меня! Так крепко, как только сможешь!

Девушка ошарашенно посмотрела на него, будто не верила собственным ушам.

— Нашел время! — фыркнула она наконец.

— Делай, что говорю! — возмутился ученый, несмотря на ситуацию испытывая некоторую неловкость из-за того, что его неправильно поняли.

Лана скептически на него посмотрела, но все же неуверенно положила руки ему на плечи. Килиан покачал головой и переместил их на уровень ребер. Дождавшись, когда уровень воды достигнет кончиков его пальцев, чародей вновь использовал Понижение, постаравшись обхватить как можно большую площадь. Корабль сперва тряхнуло, а затем он начал падать: вода под ним просто исчезла. С некоторым запозданием объятие Ланы стало заметно крепче. Килиан ответил, прижав ее к себе за талию.

— А теперь держись.

Пафос момента был безнадежно порушен чрезмерным обилием гелия в окружающем воздухе, придавшим голосу совершенно несолидные нотки. Но сейчас чародею было не до таких мелочей. Его план был сущим безумством, но в столь отчаянной ситуации только истинное безумство и могло сработать.

Второй рукой подняв саблю над головой, Килиан использовал магнитокинез. Корабль продолжил падать в образующийся водоворот, но окруженная мощным магнитным полем сабля была ему неподвластна. Тела чародеев бились на ветру подобно флагу, но удерживаемый заклинанием клинок оставался точкой опоры.

И двигался, повинуясь воле Килиана.

Под испуганный крик Ланы учёный направил свой импровизированный транспорт вверх и вперёд, навстречу идаволльскому флоту. Благодаря морю энергии у него было достаточно, и все, что требовалось, это держать концентрацию, не выпуская сталь из хватки древних чар.

Наверное, наблюдай он эту картину со стороны, сказал бы, что когда к тебе изо всех сил прижимается красивая девушка, это приятно. Сейчас ему приятно не было, а скорее было больно и тяжело. В его плане был изъян. За саблю приходилось держаться одной рукой, выдерживая вес двух человек. Лана, конечно, была пушинкой, но все же, даже пятьдесят килограмм груза — это не так уж мало, когда висишь на одной руке. Да даже и в одиночку учёный едва ли смог бы продержаться так долго.

Килиан придал своему транспорту самую большую скорость, какую они только могли выдержать. Мгновение подумав, все же отверг он глупую идею высадиться поближе и попытаться ещё раз захватить корабль черных. Они слишком устали и не в состоянии сражаться.

Объективно полет продлился меньше минуты. Но этого времени хватило, чтобы кисть руки выказала недвусмысленное желание отвалиться. По первоначальному плану Килиан собирался аккуратно приземлиться вместе с девушкой на палубу флагманского корабля… Но все, что у него вышло по итогу, это лишь слегка сбросить скорость при приближении.

Его рука разжалась на подлёте к кораблю. Инерция и сила гравитации превратили аккуратное приземление в страшный удар. В глазах юноши потемнело, когда большая часть импульса пришлась на его спину. А они с Ланой уже катились кубарем, упрямо не отпуская друг друга из объятий.

Когда же зрение вернулось, Килиан с нарастающим удивлением обнаружил три вещи.

Во-первых и в-главных, он все ещё жив. Это удивляло и радовало само по себе: такой способ спасения он выбрал не потому что тот давал серьезные шансы выжить, а потому что ничего лучшего попросту не было.