— Девочка, только не надо этого, ладно? Я видел тебя за кулисами первого сезона и не раз с тобой общался. Ты не всегда такая вспыльчивая. Напомню, я продюсер этого шоу. Ты подписала контракт, зная, что в любой момент может случиться что угодно.

Он поймал меня. Когда Джим предложил мне эту идею, я тут же согласилась. Контракт пришёл уже на следующий день, и я подписала его, даже не задумываясь. Вернее, даже не удосужившись прочитать от начала до конца.

Теперь хотелось дать себе по голове. Я терпеть не могла сюрпризы. Особенно когда они касались меня. Похоже, придётся держаться с парнями настороже, пока не убежусь, что все эти «неожиданности» позади. Хотя судя по выражению лица Джима, он будет подбрасывать их мне до самого финала.

— Думаю, на этом всё. Если не возражаете, я лично отвезу Ники в её дом. Нам нужно кое-что обсудить, — сказал он, отодвигая стул и пожимая руки остальным продюсерам.

Я удивилась. Думала, что меня отвезёт Макс, но похоже, что Джим решил иначе.

Перед зданием уже ждал чёрный внедорожник. Джим кивнул в его сторону, затем открыл водительскую дверь и уселся за руль. Значит, мне предстояло занять пассажирское сиденье.

Я неспешно зашаркала вперёд, стараясь оттянуть момент, когда окажусь в машине с Джимом наедине. Интуиция подсказывала, что разговор будет касаться моего «поведения» на шоу.

Каблуки царапали асфальт, и я невольно усмехнулась, представляя, что бы сказала моя мать: «Держи спину ровно, Николь. Не шаркай ногами, Николь. Ни один мужчина не захочет женщину, которая ходит как горилла, Николь».

Наперекор ей я замедлилась ещё больше и принялась нарочито волочить ноги.

Когда я, наконец, залезла в машину, Джим уже ухмылялся.

— Пытаешься стереть из памяти все уроки «правильных манер»?

— Типа того, — пробормотала я, пристёгиваясь.

Он вывел машину за пределы города. Радио тихо играло кантри. Судя по всему, это единственная радиостанция, которая тут ловила.

Несколько минут мы ехали молча, и напряжение в салоне становилось всё ощутимее.

— Давай сразу к делу, — наконец сказал Джим, не отрывая взгляда от дороги.

— Мне так даже больше нравится.

Он кивнул.

— Мне всё равно, какой ты будешь на шоу. Ты можешь оставаться той самой девушкой, какой зрители помнят тебя по первому сезону. Можешь показать ту сторону себя, что мы видели лишь урывками. Или придумать что-то новое. Главное — это будь последовательной. Будь собой. Если тебе вдруг хочется измениться, то сейчас самое время.

То же самое мне говорила Бриджит вчера.

— Мой план — это быть собой... Кем бы я ни была, — ответила я, потому что честно не знала.

— Всё, о чём я прошу — выяснить это в первые две недели.

* * *

Джим вскоре свернул с основного шоссе на пыльное просёлочное ответвление. За окнами джипа клубилась пыль, а по обе стороны дороги простирались бескрайние травяные поля.

Я вцепилась в ручку двери, пока Джим, казалось, намеренно наезжал на каждую выбоину. Меня трясло так, что становилось не по себе. Я уже собиралась зажмуриться, чтобы хоть как-то справиться с подступающей тошнотой, когда мы поднялись на холм и передо мной предстали два огромных дома.

Один возвышался на вершине холма примерно в четверти мили от другого. Он был поменьше, но всё равно внушительный. Дом у подножия выделялся стеклянным фасадом, открывавшим вид на пастбища. Если бы я хоть немного ориентировалась в местности, то могла бы предположить, что окна выходят либо на восток, либо на запад, чтобы ловить первые лучи солнца на рассвете или провожать на закате.

— Твой дом на вершине холма, — наконец, заговорил Джим впервые за всю поездку. — В нём есть всё необходимое. Мы даже заполнили холодильник и шкафы едой и напитками. Если чего-то не хватает, то скажешь, исправим.

Он сбавил скорость, и я, наконец, ослабила хватку, разминая затёкшие пальцы.

Мы проехали мимо первого дома и двинулись вверх по извилистой грунтовке к гостевому особняку. Холм был достаточно крутым, так что пробежка туда-обратно стала бы неплохой тренировкой. Хотя... Будет ли у меня здесь вообще время на тренировки? Вопрос риторический.

Машина остановилась у широкой террасы, но Джим не заглушил двигатель. Вместо этого он повернулся ко мне.

— На этом я прощаюсь, малышка.

Сердце на миг замерло. Что значит «прощаюсь»? Оставляет меня одну? В чужом доме, в чужом штате? Где вокруг ни души?

— Не волнуйся, я буду в главном доме. Мы готовимся к первой встрече сегодня вечером.

Я задержала дыхание. Наверное, ослышалась.

— Встреча... Сегодня? — Голос предательски дрогнул.

— Хотелось бы дать тебе время освоиться, но, увы, меня в этом вопросе переиграли. Продюсеры решили, что бросить тебя сразу в гущу событий — это лучший вариант.

Его голос звучал спокойно, почти умиротворяюще. Вот только мне от этого легче не становилось.

— Даже одной ночи не дадут? — почти умоляюще спросила я.