— Серьёзно, тебе нужно открыть пекарню, — продолжил он, не обращая внимания на подколку. — Конечно, мне хотелось бы оставить эти брауни только для себя, но мир не должен остаться без них.

— Это и есть мой план, — произнесла я, и внутри разлилось тепло.

Я открою пекарню.

Слова звучали настолько правильно, что я не могла перестать улыбаться.

— Отлично. Но когда разбогатеешь, не забывай о таких простых смертных, как я.

— Никогда, Брент. Ты всегда будешь получать угощение первым.

Ведь именно с ним я поняла, что эта мечта должна стать реальностью. Что я действительно хочу этого.

А за то, что он помог мне отвлечься от всех тревог, он заслуживал столько брауни, сколько только мог съесть.

ГЛАВА 30

Я не знала, что делать. Наступила последняя неделя, а я по-прежнему не могла найти ответ.

Нет, в глубине души я понимала, чего хочу, но сердце... Моё разбитое сердце нашёптывало совсем другое.

Я стояла посреди открытого поля на ранчо, окружённая дикими цветами. Казалось, это идеальный фон для красивого финала сезона «Экстремального холостяка»... Если бы только конец был действительно счастливым.

Продюсеры хотя бы позволили мне самой выбрать наряд, за что я была им благодарна. Я остановилась на лёгком длинном платье в горошек и накинула сверху тонкий кардиган. В Оклахоме уже теплело, но сегодня дул прохладный ветер.

Я переплела пальцы, ожидая машину с первым претендентом. Не знала, кого хочу увидеть первым. И уж точно не была уверена, успеет ли мой разум принять решение в считанные секунды, пока он будет идти ко мне.

Вдалеке на поле медленно въехал внедорожник. И сердце рухнуло куда-то вниз, когда из него вышел Уэйд.

Я не видела его больше двух суток, но даже это время не притупило моих чувств к нему.

Как бы я ни злилась, тело предательски тянулось к нему.

Но этого было недостаточно, чтобы заглушить боль, пронзившую меня, когда он подошёл ближе. Он солгал. Скрывал правду, потому что думал, будто я выберу его только из-за денег.

Я не могла поверить, что тот Уэйд, которого я узнала, до сих пор считает меня такой поверхностной. Но как я могла быть уверена? Почему он не сказал мне правду сразу? После нашего второго разговора? После того, как мы решили начать всё заново?

Уэйд остановился передо мной. Достаточно близко, чтобы я ощущала его запах, но слишком далеко, чтобы я могла дотянуться рукой.

Моё тело требовало сделать шаг к нему, но я заставила себя стоять на месте.

Я даже не знала, что сказать.

— Уэйд.

Ну, это уже что-то.

— Дорогая...

Меня пробрало от его низкого голоса с тягучим акцентом, от того, как он меня называл. Но сердце рвалось на части, и единственное, что мне оставалось, это ударить его словами. Заставить почувствовать себя так же плохо, как чувствовала себя я. Если я сломлена, он тоже должен быть сломлен.

— Не называй меня так, — резко отрезала я.

Уэйд дёрнулся, сделав полшага назад. Часть меня захотела извиниться, но другая хотела ранить его ещё сильнее.

— Пожалуйста, дай мне объяснить, — умоляюще произнёс он, и в его карих глазах было столько боли.

Но, чёрт возьми, его боль только разжигала мою.

— Знаешь, что самое обидное? Ты мне не доверял.

— Я доверял. Доверяю.

— Нет, не доверял. И не доверяешь. Если бы доверял, сказал бы мне правду, когда мы только познакомились. Или хотя бы до того, как мы впервые поцеловались. Потому что к тому моменту я уже начинала влюбляться. Я раскрыла перед тобой свою жизнь, а ты даже не удосужился ответить тем же.

— Дорогая, ну...

— Нет, — перебила я, проигнорировав то, как он снова меня назвал. — Я доверилась тебе, а ты мне — нет.

— Ты не...

— Я просто не понимаю! — голос дрогнул. — Почему ты мне не сказал раньше?

— Я...

Я не дала ему договорить. Не хотела слышать его оправдания.

— Единственное объяснение, которое я могу найти... Ты боялся, что я влюблюсь в твои деньги.

Мы уже обсуждали это утром, когда он, наконец, рассказал правду. И даже спустя два дня размышлений это всё ещё оставалось единственным логичным объяснением. Но суть даже не в этом. Суть в том, что он мне лгал.

— Дело не в деньгах.

Я фыркнула.

— Правда? Знаешь что? Даже неважно. Почему ты молчал? Почему ждал до самого конца? Десять недель, Уэйд. Десять недель! Ты даже не обмолвился, что владеешь этим ранчо... Одним из крупнейших в штате.

— Дорогая, пожалуйста...

— Перестань меня так называть! — воскликнула я.

Чёрт возьми, внутри всё сжималось каждый раз, когда он произносил это слово. А мне нужно было чувствовать только злость. Только боль. Это был единственный способ выстоять.