– Нужны белые блузы – пять штук. Черные юбки на ладонь ниже колена – столько же. Не длиннее, не короче. Пара ботинок, туфли. Ну, и все, что там полагается дамам по нижней части.

Даже говоря про «нижнюю часть», он не моргнул и глазом, зато Пейдж хотела провалиться сквозь землю. Щеки горели, и было неловко даже дышать. Она угрюмо сунула руки в карманы пальто, сжимая в кулаки взмокшие ладони.

– Поняла вас, сэр, – спокойно кивнула с дежурной улыбкой пожилая продавщица, кинув оценивающий взгляд на Пейдж. – Подберем полный комплект. Верхняя одежда тоже требуется?

– Да, только ничего яркого. Практичное, неброское, теплое.

– Предложить вам кофе, пока ожидаете даму?

– Нет. Вернусь через пятнадцать минут, постарайтесь управиться. – Приподняв рукав пальто, Киллиан посмотрел на блеснувшие в свете ламп магазина наручные часы и вышел на улицу, оставив Пейдж в полном смятении задыхаться от смущения.

Ясно, почему у него не задерживались помощники: да кто вообще вынесет этот мерзкий характер и сможет додумывать все его неозвученные пожелания? Впрочем, для опытной продавщицы это труда не составило. Выйдя из-за прилавка, она кивнула Пейдж на завешенную шторой примерочную и довольно приветливо пригласила:

– Прошу, мисс. Нужно вас немного обновить, верно?

Стоило отдать этой особе должное: в пятнадцать минут она уложилась без труда, с ходу определив размер и накидав вариантов гардероба на каждодневную носку. Следуя указаниям господина, Пейдж смиренно выбрала самые строгие блузки с минимальным количеством рюш и юбки свободного кроя желаемой им длины, пару скромных комплектов белья и чулок и простое пальто в крупную черно-серую клетку. Это его обязанность по контракту – обеспечить ей базовые потребности, и все равно было жутко неприятно. Особенно когда она облачилась в полный наряд помощницы и взглянула на себя в зеркало.

От озорной конопатой девчушки с еврейскими корнями мало что осталось – разве что копна волос курчавилась все так же задорно, да мамины старинные серьги в ушах в виде потемневших от времени лилий напоминали о доме. А вот блеклость одежды моментально погасила блеск в мятной зелени больших глаз, превратив Пейдж в типичного усталого клерка. Ну, зато в удобных ботинках стало теплее.

Киллиан вернулся минута в минуту и, кинув беглый и совершенно безразличный взгляд на выбранные покупки, тут же их оплатил, скупо поблагодарив продавщицу.

– Сделайте одолжение, выбросите все, в чем она сюда пришла, – небрежно отмахнулся он от последней проблемы, добавив сверх оплаты еще одну купюру.

– Разумеется, сэр. Хорошего вам вечера.

Закончив с внешним видом своей тени, Киллиан сунул ей в руки новенький пухлый блокнот в кожаном переплете и футляр с парой перьевых деревянных автозаправляемых ручек, а также коробочку с только что купленными механическими наручными часами – явно мужским аксессуаром с крупным циферблатом. Для женщин подобного в принципе не производили, но с каждой секундой у Пейдж крепло ощущение, что теперь она и не женщина вовсе: скорее предмет для использования, как та же ручка или стул.

– Благодарю за… – хотела было она соблюсти приличия, однако Киллиан уже направился к машине, уделив ей не больше внимания, чем луже под своими ботинками.

Пейдж сунула все врученные им покупки в бумажный пакет с одеждой, попрощалась с продавщицей и поспешила нагнать господина, изо всех сил перебарывая вставшую во рту горечь. Ощущать себя мебелью было отвратительно, и не менее отвратно крутило тошнотой желудок.

Долго продолжать путь на «остине» не пришлось: Пейдж только и успела затянуть на запястье ремешок часов, когда машина остановилась на соседней Роуд-стрит – улице плотной рядовой застройки с двухэтажными домами под одинаковыми, сливающимися в единое целое серыми черепичными крышами. Признаться, удивило это до крайности, – как-то слабо верилось, что люди с должностями, как у мистера Лэйка, жили настолько просто. Видимо, он и правда не брал взяток.

Подтверждая все предположения, Киллиан запер машину и прошел к одной из одинаковых ореховых дверей с резной ручкой и металлическим номерком – шестеркой. Открыл ее без ключа и, едва переступив порог, громко стукнул кончиком трости по железной вешалке в узком коридорчике:

– Мадам Морель!

Походя он повернул переключатель, зажигая верхний свет – небольшую круглую люстру, и Пейдж несмело ступила следом за ним, прикрыв входную дверь. Удивление нарастало: никакой роскошной обстановки не было и в помине. Из коридора на второй этаж вела прикрытая бордовым ковром деревянная лестница, а также виднелись три полукруглые арки в разные части дома. По своему опыту в период учебы, когда частенько бегала в гости к подругам чуть более высокого класса, чем она сама, Пейдж могла предположить, что прямо можно попасть в гостиную, левое крыло обычно отводилось под кухню и прочие подсобные помещения, а справа, откуда и вышла невысокая полноватая женщина средних лет в глухом сером платье, располагались слуги.