— Не твоё дело, Факел, — огрызнулся командир. — Забыл что ли, как тебя самого учили?

— А… — протянул парень. — Ты про эту программу?

— Так, ну что… — быстро переключившись на другую тему, потёр руки Мастер, а потом широко улыбнулся. — С Бугуртом ты уже познакомился. Остальных тогда просто представлю. Это Факел. Он же Олег. Он же специалист по всяким опасным и шумным штукам. Бугурта, кстати, Игорем зовут. Ваня и Саня у нас специалисты широкого профиля, — на этих словах близнецы синхронно кивнули, — если надо кого-то зарезать или что-то куда-то перенести, то это к ним. А Михалыч у нас самый важный член отряда. После меня, разумеется. Он тебе что угодно может достать. Даже фонтан посреди пустыни. Но не за красивые глаза.

— Позывной Жлоб, — ехидно улыбнулся Олег и скользкий «повар» добродушно посмотрел на подрывника. В этот момент я понял, что добрые улыбки бывают очень разные и рыжий уже пожалел о своих словах. Или пожалеет.

— А тебя самого как на самом деле зовут? — уточнил я, прямо глядя в глаза моего нового командира.

И вокруг почему-то стало необыкновенно тихо, а изуродованное лицо Мастера исказила кривая улыбка. Очень недобрая улыбка.

— А меня никто не зовет, я сам прихожу! — хрипло засмеялся Мастер, вот только никакого веселья в его смехе не было, а даже наоборот… и мне как-то сразу расхотелось задавать дурные вопросы.

— Меня зовут Савелий Михайлович, — разрядил обстановку Жлоб. — Но все Михалычем зовут. Так и в бою можно. Я привык давно. У тебя из своего что есть? Или голый?

— Голый, — не стал я что-то выдумывать. О тех вещах, которые остались за пределами полиса, вспоминать сейчас смысла не было. Если подвернётся случай, то скрывать от команды ничего не буду, а сейчас стоило исходить из того, что было со мной и на мне. А это только чуть потёртый комплект походной одежды и небольшой нож.

— Украшения? Деньги? Ресурсы? — уточнил завхоз Святых. И с каждым следующим вопросом его добрая улыбка делалась всё более грустной, потому что каждый раз мой ответ был отрицательным. Потом взгляд Михалыча зацепился за браслет на моей руке и в его глазах мелькнула тень надежды.

У меня внутри похолодело… Неужели, он увидел? Не может быть! Истинный металл не могут определить даже сильнейшие из «рунных»! Да и «покрашен» в бронзу он был качественно. Я смог разглядеть его истинную суть только в момент использования высшего заклинания одновременно… с контактом с моей кожей.

— Реликвия семьи, — сразу решил я отсечь любые вопросы в этом направлении. — Снять не могу и не имею права.

— Что за семья у тебя такая, интересно? — хмыкнул внимательно слушавший нас Мастер.

С протяжным стоном зашевелился на полу Бугурт и к нему тут же подскочили Ваня и Саня. Мужчины с кряхтением подняли громилу и потащили его в основной зал. Мастер проводил их безразличным взглядом и снова уставился на меня.

— В других семьях вольных детей готовы за пару рублей продать земледельцам в полис, а у твоих даже традиции какие-то были. Из баронских что ли?

— Я не местный, с Урала. Вольный. Последнее время промышляли всё больше в окрестностях барона Строгина, — ответил я, уже поняв, что это просто любопытство со стороны Мастера и банальная жадность (ну или скупость) со стороны Жлоба и тут же расслабился.

И да, на самом деле мне прямо сейчас в голову пришло отрывочное знание этого тела о местоположении родителей этого тела. Так что лжи в моих словах не было. Барон, после того как мы выбрались на поверхность, сам сказал, что я теперь могу смело говорить всем о своём происхождении из его земель, но я решил не рисковать, чтобы не путаться в показаниях. С этим ребятами, судя по всему мне некоторое время придется тесно общаться.

— Далековато тебя занесло, паря. Тогда ясно, — кивнул внимательно слушавший наш разговор Мастер и в его руках снова появилась фляжка. — Нормальный был мужик, хоть и благородный. Пусть тень Императора его никогда не коснётся, а Странник покажет путь к лучшей жизни!

Командир отряда Святых предложил флягу остальным, но согласился только Жлоб. Правда, его тут же повело от одного единственного глотка. Видимо, Мастер обладал какой-то чудовищной устойчивостью к алкоголю. Хотя тут ничего удивительного не было. Ритуальные увечья морерождённых пережить вообще может далеко не каждый человек. Я бы сказал, что на это способен один из тысячи. А продолжить при этом нормальную жизнь только каждый десятый из таких счастливчиков.

— А почему ты Ульяну не пустил на проверочный бой? — когда мы всей четвёркой направились к выходу из тренировочного зала, поинтересовался я.

— Улька бы тебя убила просто, — весело ответил Факел, который помогал идти пошатывающемуся Михалычу. — Не умеет она по-другому. С ней из наших только Мастер иногда тренируется. Да и то редко. Она же полукровка…

— Заткнись, — неожиданно пробормотал Михалыч. Похоже, этот тип отслеживал происходящее вокруг в любом состоянии. — Если она тебя услышит, то следующим её напарником по тренировке станешь ты.