Лили бежала дальше, поправляя Скай на руках, но не могла перестать думать об эпичном годе с Уэсом. Разумеется, вторник в том сентябре был прямой противоположностью эпичности. На самом деле, дерьмовым он был. Она всё ещё ходила на костылях из-за полученного на первых соревнованиях растяжения лодыжки. Накануне засиделась допоздна, болтая с Уэсом по телефону, и забыла подготовиться к внезапному тесту по химии. Знала, что завалила его. Доковыляла до шкафчика Эбби, готовая рассказать о том, как облажалась с оценкой.

Эбби даже не скрывала раздражения.

 —  Где мой чёрный свитер? Ты сказала, что вернула его в шкафчик.

 —  Я и вернула. Ты надевала его на прошлой неделе после тренировки.

 —  Нет. Не надевала. Ты его потеряла, да? Я знала, что ты его посеешь.

Лили яростно отрицала это. Но Эбби не верила. Назвала её вруньёй.

 Лицо у нее раскраснелось, губы сжались в тонкую полоску. Эта картина всегда бесила Лили. Ссора была неизбежна.

 —  Ты такая растяпа, — сказала Эбби.

 —  Ага… а ты у нас идеальная, да? — огрызнулась Лили.

Она ненавидела, когда Эбби строила из себя Иисуса только потому что родилась на шесть минут раньше.

 — Да пофиг. Больше ничего из моей одежды не получишь.

 — Эбби, ну серьезно… Я его не теряла.

 — Ты никогда не признаешься. Честное слово, ты такая эгоистичная сука. Без тебя было бы проще!

Эбби ушла, хлопнув дверцей шкафчика. Лили знала, что сестра заберёт машину, ведь сегодня была ее очередь водить, но ей было плевать. Лучше доехать с Уэсом или позвонить родителям, чем слушать тираду о свитере, который она точно вернула.

Для посторонних их слова могли звучать ужасно, но именно так и ссорятся близняшки. Их ругань ничего не значила. Вот они только что перебрасывались оскорблениями, а в следующий миг уже валяются рядышком на диване, листают странички друг друга на Фейсбуке и строят планы на выходные. В любой другой вечер Лили пришла бы домой, плюхнулась рядом с Эбби на диван и их ссора была бы забыта. Как она могла угадать, что это их последняя встреча? Никто не мог предсказать, что ждет ее дальше.

Руки у Лили уже ныли. Она перехватила Скай поудобнее, поцеловала, прошептала ободряющие слова. Она благоразумно держалась подальше от главной дороги, пригибаясь при свете фар. Нужно согреться поскорее, иначе гипотермия. Лили не знала, сколько они пробежали, но уже должны быть близки к цели. Еще один поворот и она ахнула. Вот он — знак ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬСЯ В КРЕСТЕД ГЛЕН. Годами Лили ненавидела этот знак. Ненавидела то, что он означал — еще один день в тоскливом пригороде. Она мечтала о небоскребах, бешеном ритме большого города. О кофейнях, барах с кальянами, крошечных пабах, где хипстеры-бармены льют бесконечные пинты Гиннесса. О  спектаклях за пределами Бродвея, о секонд-хендах. О работе мечты. О лофте в Вест-Виллидж, где будут жить вместе с Эбби и исследовать Нью-Йорк.

«Близняшки Райзер покоряют Манхэттен» — это их детская мечта, они делали доски желаний, фантазировали как обставят свой лофт. Крестед-Глен был противоположностью Нью-Йорку. Лили шутила: здесь мечты умирают. Она никогда не думала, что вернётся сюда с такой радостью. Но этот знак, этот потрясающий знак, означал: они почти дома. Она прибавила шаг, шепча Скай, что всё будет хорошо. Вперед, Лили.   Просто продолжай шагать.  

РИК

  Не будь тряпкой , — твердил себе Рик, маневрируя по заснеженным просёлочным дорогам. —   Стресс не должен брать верх.  

Стресс делает людей неосторожными, а Рик не мог себе этого позволить. Разрываясь между занятиями, женой и своими девочками он в последние месяцы сильно переутомился. Но он справится. Просто нужно лучше планировать.

Рик прибавил громкость радио — звуки «Get Off of My Cloud» Rolling Stones заполнили салон. Боже, как он любил эту песню. Он рассчитывал, что музыка успокоит, но раздражение не пропадало. Он так классно проводил время, знакомя Лили и Скай с прекрасными произведениями битников, и совершенно не хотел от них уезжать. Подумывал остаться на ночь, но его и так не было дома уже два дня. Не хватало еще, чтобы Мисси отправилась на его поиски. Она уже однажды заявилась в коттедж и едва все не испортила. С того дня он поклялся себе: никогда не давать Мисси повода для подозрений.

Мисси словно прочитала его мысли. Зазвонил мобильный. Даже не глядя на экран, Рик знал, что это его жена. Вздохнув, он ответил.

.— Малыш, — как обычно заныла Мисси, её голос разнёсся по всей машине через Bluetooth. — Уже почти три часа ночи. Ты сказал, что вернёшься пораньше.

— Знаю, Мисс. Но я вошёл в писательский поток и не следил за временем. Сейчас заправляюсь. Ты уже греешь местечко в постели для меня?

— Сейчас так поздно, и нам обоим завтра на работу…

— Ты шутишь, детка? Лучше надень что-нибудь сексуальное, иначе я буду очень разочарован.

— Люблю тебя, Рики, — томно прошептала она и повесила трубку.