— Не было, — мрачно ответил полицмейстер. — Однако даже если у них нет претензий, мы обязаны по закону провести расследование об убийстве.

— И что меня ждет за ненамеренное убийство? В той ситуации я защищал как раз госпожу Перову и не знал, что это ее слуга. Да и мысли убить у меня не было. Иначе бы и эти напавшие на меня молодчики до вас не доехали.

Пожевав губами, Терентий Павлович посмотрел на меня уже по-новому. Словно ему пришла какая-то мысль, которую до этого он даже не рассматривал.

— Знаете… — начал он медленно, — если все было так, как вы говорите… то вы невиновны. И никакого наказания вам не грозит.

Вот тут он сумел меня удивить. Я-то думал, что все — в любом случае срок получу, и от моей защиты будет зависеть только его длительность.

— И вы мне это только сейчас говорите? — не удержался я от возгласа. — У вас же перед глазами все показания!

— Не кричите, прошу вас, — поморщился Шаповалов.

Я видел, что он мучается похмельем, но раньше мне важнее было доказать свою правоту, и узнать, договорился ли полицейский о чем-то с Михайловым. Но после его слов стало очевидно, что пока никаких договоренностей нет. Да и в целом слова полицмейстера вселили в меня надежду, что перед моими глазами пронеслась лишь тень тюремного заключения, а его самого не будет. Потому я выполнил его просьбу и продолжил гораздо спокойнее.

— И все же, я не понимаю, почему вы сразу об этом мне не сказали?

— Я только вникаю в ваше дело, — буркнул Терентий Павлович. — Спешка в таких делах недопустима. Да и вашу невиновность все равно доказывать нужно.

— Но я могу подать иск за нападение на меня? — тут же уточнил я.

— Да, конечно, — кивнул мужчина.

— Тогда прошу бумагу.

Мне нужен был рычаг давления на Бориса Романовича. Только он был способен повлиять на свою дочь и зятя. Раз надо доказывать свою невиновность, а я уверен в положительном результате при отсутствии внешнего вмешательства, то нужно подстраховаться. Обменять невмешательство Михайлова на вот это самое заявление. Будет давить на суд — придется ему оправдываться самому. Отойдет в сторону — я заберу заявление.

Ситуация, еще утром казавшаяся беспросветной, резко изменилась. Написав заявление, я тут же задал новый вопрос:

— В открывшихся обстоятельствах я могу быть свободен до суда?

— Несомненно, — кивнул полицмейстер.

— Тогда всего хорошего, — тут же встал я со стула. — Благодарю за гостеприимство, — добавил я с легкой усмешкой, намекая на проведенную в арестной комнате ночь.

Когда я уходил, мне показалось, что Шаповалов вздохнул с облегчением. А может и не показалось.

— Роман, ну что? — вскочила с дивана Настя.

Анна поднялась спокойнее, хотя тоже была напряжена.

— Идем на улицу, тут душно, — махнул я им рукой.

— Господин, но… — попытался мне заступить дорогу городовой, который привел меня сюда.

— Что «но»? У вас был приказ отвести меня обратно? — с вызовом посмотрел я на него.

— Нет, но…

— Можете спросить у господина полицмейстера, — махнул я рукой на дверь, — однако он сам меня только что отпустил.

Больше вопросов ко мне не было. Когда мы вышли на улицу, девушки тут же накинулись с расспросами — о чем мы говорили и чего ждать.

— Я невиновен.

Мои слова вызвали сильное удивление.

— Ты уверен? — настороженно спросила Анна.

— Насколько мне известно, в вашей стране за любое убийство сажают, — тоже скептически отнесся к моим словам Фаррух.

— Как оказалось, не за любое, — покачал я головой. — Мне о том господин Шаповалов лично сказал, когда узнал все подробности произошедшего. Потому и отпустил.

— Слава богу! — облегченно выдохнула Настя. — Я знала, что это все глупость какая-то. Не сомневалась, что тебя отпустят.

— Поэтому ты не особо рвалась его защищать? — хмыкнула Аня.

А вот это меня удивило. Но оставлю расспросы, что они делали, на потом. Сейчас важно другое.

— Прогуляемся? — предложила невеста. — И ты нам поведаешь все, что с тобой случилось.

— Нет, — отрезал я. — Едем к Перовым.

— Зачем? — возмущенно воскликнула Настя. — Ты… ты и правда любишь эту Арину?!

— Дело не в этом. И как ты вообще такое могла подумать? — удивился я. — Просто я понял, что зря пытался быть деликатным. Если бы сразу провел честный и бескомпромиссный разговор, всего этого можно было избежать. Поэтому — едем. Либо можете пока погулять, я поеду один.

— Ну нет уж, — вскинулась Анастасия. — Одного я тебя к этой девице не отпущу!

Я пожал плечами и повернулся к Фаррух-хану.

— Еще раз благодарю, что не остались в стороне.

— Бросьте, — махнул он рукой. — От меня вообще ничего не зависело. Даже стыдно за это.

— И все же. Не каждый бы решился прийти на помощь, даже чтобы просто постоять рядом. Это ведь могло бросить тень на вас. Ваш заказ я выполню в ближайшее время.