- А к-как без нее? – неловко переступаю с ноги на ногу.

Чего он хотел? Чтобы я голой оттуда вылезла?!

Размечтался!

Но то, что у меня в голове в адрес маршала высказывается, наяву звучит совсем иначе.

Смелая я почему-то только про себя. А вслух один лепет выходит.

Позорище, а не лёрдера!

- Я велел тебе помыться, а ты вновь нацепила на себя эту грязную тряпку, - с низким рыком выговаривает мне и обводит потемневшим взором мой комбинезон.

- Не грязную, - упорствую, преодолевая страх. – Я постирала.

- Что ты сделала? – сводит он резкие брови на переносице.

- Постирала? – странно, но под воздействием его взгляда у меня интонация вопросительной получается.

Маршал еще больше мрачнеет. И начинает вставать.

То есть встает он сразу, наверное. Только для меня время как замедляется на тот период, пока наблюдаю это угрожающее выпрямление массивной мужской фигуры.

Инстинктивно пячусь назад.

Но куда от него сбежишь?

Уже через миг маршал грубо хватает меня за предплечье и заталкивает обратно в очистительную кабинку.

Рефлекторно противлюсь его действиям, но в ответ получаю такой грозный рык, что косточки дрожать начинают. Они сейчас будто те доминошки, выстроенные в ряд. На которые дунешь – и они попадают по одноименному принципу. По цепочке задевая друг друга.

Сжимаюсь вся, когда слышу безапелляционное:

- Снимай одежду.

Мне кажется, что я сама вот так же, как костяшки игровые, сейчас соберусь. Точно буду кукла на шарнирах.

Мычу что-то нечленораздельное и головой мотаю.

- Раздевайся, куколка. Или мне снять самому? – насмешливо дергается вверх его темная бровь.

И я мигом хватаюсь на замочек на груди.

- Отвернитесь, - у меня зуб на зуб не попадает от ужаса, - п-пожалуйста.

Бровь маршала еще более издевательски изгибается на высоком загорелом лбу.

- У тебя пять секунд, Мышонок, - приподнимает он уголок слегка бледных, но четко очерченных губ. – Обратный отсчет пошел. Пять… два…

- Что? Это нечестно! – взвизгиваю, больно ударяясь лопатками о стенку биорециклера.

- Честь? – усмехается хрипло. – Считай, ее ты оставила в Цитадели, Мышка.

И впившись в меня своими расширившимися зрачками, похожими на две голодные Черные дыры, маршал тихо припечатывает:

- Один.

Дёргаюсь в сторону, но, стремительно обхватив за талию, меня разворачивают и вжимают в свою каменную грудь. Она у маршала едва ли не тверже стены ощущается!

Меня парализует от столкновения с этим каменным торсом. Замираю и в самом деле попавшимся в капкан зверьком. И расплата приходит незамедлительно.

Те самые пальцы, которыми я так наивно любовалась минутами ранее, цепляют язычок молнии, болтающийся у моих грудей. И, сделав первое резкое движение вниз, дальше принимаются скользить очень медленно.

Напрягаюсь всем телом.

Не шевелюсь больше, почти не дышу. Все чувства сосредоточились на коварных пальцах мужчины, неспешно устремляющихся ниже. Они очерчивают округлую линию моей вздымающейся груди и совсем не торопливо переползают далее, вниз.

Тело покрывается мурашками. Они обжигающими иглами колют кожу, разбегаясь в стороны от тех участков, которых касается маршал.

Ведь чуть шероховатые подушечки его пальцев мажут кипящей смолой по каждому следующему миллиметру моего обнажившегося тела.

Пульс частит. Дыхание сбилось до головокружения. Мне страшно и стыдно до обморока! Однако я испытываю еще и другие чувства. Нераспознаваемые моим вскипевшим мозгом. Тягучие касания мужчины вызывают горячую лаву ожидания у меня под кожей. Она колеблется едва ощутимо и грозится вот-вот вспыхнуть и накрыть меня с головой.

Я не понимаю, что со мной творится. Не хочу понимать. Может, это маническая аура маршала так воздействует вблизи?..

Я взвинчена до предела. Готова во что угодно верить, только бы моё сознание уплыло подальше отсюда. Мне до жути стыдно здесь находиться. А, когда его руки доходят до пупка, у меня и сердце готово выпрыгнуть вон.

Маршал же словно чувствует это и останавливается на секунду. Хватаю сгустившийся воздух кабинки, как рыба, выброшенная на сушу. Но нет. Мужчина продолжает своё мучительное путешествие по мне. И я даже думаю, что он специально остановился, чтобы продлить мою агонию.

Потому что самое кошмарное еще впереди.

Нижнее белье нашими спандексными комбинезонами не предусмотрено.

Я совсем голая под ним.

И это понимание разъедает мне разум бурлящим смятением.

- Какой же маленький пугливый зверёк мне попался, – обдает мне ухо жаром его хрипотцы. – Будет интересно тебя приручать.

- Не надо, - сглатываю пересохшим горлом, - не надо приручать, - пробую выбраться из его хватки.

Но мужчина еще сильнее вдавливает меня в себя.

- Тсс, тихо, Мышонок. Не советую так откровенно тереться об меня, - слышу его сиплый смешок.

И с ужасом чувствую, как нечто огромное и твердое упирается в мою поясницу.