Меня, конечно, не нужно просить дважды. Во-первых, не хочу злить его на пустом месте. А во-вторых, я и сама не прочь смыть с себя пот и липучий песок.

Но…

- А вы здесь будете сидеть? – у меня в горле пересыхает разом от этого понимания.

Он издевается? Я не смогу раздеться, зная, что за тонкой мембраной сидит мужчина!

- Это мой модуль, - ведет маршал по мне прохладным взором.

«Торга по этому поводу не будет», - слышу я четко через эту его короткую реплику. Это его модуль, и мужчина отсюда никуда не двинется ради моего комфорта.

- Да, конечно, - тороплюсь согласиться с тем, что хозяин модуля он и исполнить указание, чтобы не нарываться лишний раз.

Однако, протянув руку к отпирающей панели биорециклера, застываю.

- А во что мне можно будет переодеться? – спрашиваю, чувствуя между лопаток его жгучий взгляд.

Так странно. Когда маршал смотрит на меня, я не вижу в сером равнодушии его радужек ничего, кроме пренебрежения.

Но стоит отвернуться, как его глаза словно огнем меня полосуют.

- Надо будет задать твои параметры для пошива формы, - по его слегка изменившейся интонации чувствуется, что маршал недоволен. Ему всё же придется потратить на меня своё время. – Иди. Сделаем позже.

Растерянно продолжаю буравить пропускную мембрану кабины глазами.

Мне только что обещали, что чистая одежда будет. А как скоро ее здесь изготовляют? К моменту моего выхода из-под очистки, форма уже будет готова?

Не отваживаюсь задавать ему еще больше вопросов.

Что-то мне подсказывает, что ответы будут уже не столь терпеливыми.

- Спасибо, - выбираю в конце концов не донимать маршала. И захожу в душ.

Как только остаюсь одна, в голове разом проясняется. Я даже дышу легче без той властной энергетики, что исходит от маршала.

И принимаюсь думать о том, каким неправильным вышел разговор с ним.

Я готовилась говорить о своих правах. Требовать, чтобы он следовал межгалактическим нормам. Категорически заявлять, что не пойду на телесный контакт.

А вышло как-то непонятно.

«Это всё из-за моей трусливости, - отчитываю себя в уме. – Мне следовало быть резкой. Сразу спрашивать, зачем меня здесь держат. По какому праву. А не одежду выклянчивать».

Щеки обдает жаром. Звездец! Что же он обо мне подумал?

Должно быть решил, что я на всё согласная безвольная кукла.

«Помыться? Да, мой маршал! Раздеться? С радостью! А вы подарите мне красивую униформу, если буду послушной? А-а-а-а» - хватаюсь за голову, с яростью споласкивая копну своих белокурых волос.

Что же я наделала!

Когда выхожу, я уже полна решимости.

Сейчас напомню ему, что насильственное удержание свободной лёрдеры – это нарушение межгалактической этики!

Однако стоит увидеть маршала, переодевшегося в более повседневный тонко-тканный спандексный комбинезон, как из меня всю отвагу выдувает.

Да чтоб в моем личном штрих-коде боты завелись!

«Это сколько же надо времени в тренировочном зале проводить, чтобы так проработать каждый мускул??» – сглатываю вязкую слюну, понимая, что по физическим данным он превосходит каждое существо, которое мне когда-либо приходилось повстречать.

Он же просто прихлопнет меня одним ударом, если захочет. Я по сравнению с маршалом просто крошечная ползунья с мягким телом!

Хотя стражницы на тренировках нас гоняли без передышек! И мы в итоге были очень быстрыми, шустрыми, спортивными, но всё равно людьми.

А мужчина, расположившийся сейчас на диване, не кажется человеком. И не потому, что почти наверняка относится к другой расе антропоидов, нежели я. А потому что в нем таится что-то хищное. Какая-то иная астральная сущность. Темная, мрачная и пожирающая волю.

Несмотря на этот первородный ужас перед маршалом, упорно подначиваю себя заговорить. Но издаю лишь только выдохи рваные.

Я как будто поймала тот же ритм, с которым маршал сосредоточенно листает экран своего гаджета.

Или, скорее, его пальцы контролируют сейчас моё дыхание. Они у него длинные и сильные с немного загрубевшей кожей. Но при этом сохранив в себе скрытое изящество.

Он ими сейчас свайпает монитор, а у меня от этих движений сердце трепещет. Как будто я жду, что и меня вот так же смахнут подальше, если посчитают назойливой.

Может, поэтому продолжаю молчать? Трусиха!

Злюсь на себя. Распахиваю рот, чтобы начать монолог. Но тут маршал решает в очередной раз безучастно скользнуть по мне взглядом. И все заготовленные мною фразы примерзают к горлу. Точно всё во мне кристаллизуется от обжигающей стужи на дне его зрачков.

Только и маршал неожиданно перестает быть арктическим гигантом в моём восприятии. Что-то в моем облике явно цепляет его, и мужчина резко возвращает ко мне свои посеребренные ледышки.

- Почему ты в одежде? – недовольно раздуваются его ноздри.

Глава 4. Мышонок, попавшийся в кап... в кабинку.