Короче, в свое время Белоцерковский хотел провести несколько удачных сделок с тем, с кем было бы трудно хоть о чем-то договориться. Тяжелый случай. На чужие условия не продавить. Тот тип вел закрытый образ жизни, и к его помощникам было не подобраться. Никто бы не стал сливать информацию, даже самую незначительную.

— Может установить «прослушку»? — бросил тогда Белоцерковский. — Я в курсе, что это тонкий лед. Но как еще информацию собрать? Мы будем вести переговоры. Мне нужно, чтобы он принял мои условия. Хотя бы частично, а я без понятия на что давить.

— «Прослушку» оставим на крайний случай.

Мне пришла идея получше. До помощников не добраться, до ассистентов тоже. Но есть водители, горничные, обслуживающий персонал в ресторанах, где он бывает.

— Нет, про работу он при них трепаться не будет, — моментально возразил Белоцерковский. — Он не из тех, кто болтает при посторонних. А значит, здесь ничего не светит.

— Надо знать, какие вопросы им задавать. Про важные сделки, конечно, он не расскажет, но что-то вырвется. Не может не вырваться. Нам хватит общей информации.

Через неделю профиль был готов. А еще через неделю Белоцерковский протестировал все на практике по моим рекомендациям. И с тех пор стал регулярно заказывать у меня консультации.

Его бизнес пошел в гору. Сразу понимаю, что сегодня у него есть серьезный вопрос. Он бы не тратил время на такие визиты без веских причин. Только разговор начинается с формальных фраз. Ничего про новый заказ.

— Я слышал, ты отклонил предложение Вербицкого, — наконец заявляет Белоцерковский.

Вот оно.

— Не отклонил, — ровно. — Знаю, что по времени не вывезу. Теперь многие клиенты Градова перешли напрямую ко мне. Едва с этим справляюсь.

— Влад, ну мне-то ты можешь не рассказывать, — отмахивается. — Кстати, правильно, что ты Вербицкого послал. Выборы он, конечно, выиграл. Не без твоей помощи, но плевать на него. У меня тут идея поинтереснее. Хочешь сыграть по-крупному? Только давай без этих отмазок. Мы давно знакомы. Сейчас намечается серьезное дело. Я бы хотел собрать сильную команду. Поэтому ты мне нужен.

— Что за дело?

— Через два года другие выборы будут. Сам знаешь. Хочу свою партию продвинуть. Отмашка сверху есть. Там нас одобрили. Теперь важно грамотно пиар-кампанию провести. А в этом лучше тебя нет.

— Почему? Мой партнер тоже на уровне.

— Нет, — резко отрезает. — Давай не будем время терять. Думаешь, я не понял, что ты в политику не хочешь? Вербицкий тебе столько бабла предлагал. Ясно, ты на такое не поведешься. Но я же не только деньги предлагаю. Статус, престиж. Совсем другой уровень. Условия тоже будут другие. Соглашайся. Такой шанс раз в жизни. Да и глупо с твоим талантом здесь время терять. Ну сколько ты еще консультации вести будешь? Год? Два? Потом ебу двинешь как Градов. Чем он там сейчас занимается? Тренинги для припадочных баб. Медитации. Херня полная.

Белоцерковский уверен, что знает мой профиль и может на меня повлиять. Легко считываю каждый его ход. Разубеждать не буду.

Он же не в курсе, что я еще на обучении все программы себе встраивал, тренировал. Даже то, что полностью в разрез с моими взглядами шло. Исключительно для практики.

Пусть сейчас его манипуляции расшифровываю на автомате, Градов психом не считаю и осознаю причины его поведения, кое-что в речи Белоцерковского задевает гораздо сильнее, чем я бы хотел.

Мне нужен взлет. Стремительный. Иначе Полину не получить. Давыдов не потерпит рядом с дочерью такого как я.

Была бы это забава, интрижка на пару ночей. Но нет. Отпускать эту девушку не готов. Точно не в ближайшее время. Далеко все зашло. Значит, мне требуется реальная сила.

56

— Полина, ты куда-то собираешься? — спрашивает мама, задерживая меня на лестнице.

— Да, поеду в центр… с подругой, — ложь вылетает практически на автомате.

Почему-то мне тяжело представить, как рассказываю ей про Молота. И что вообще могу сказать? Что пойду с парнем?

Ну так он и не парень. Мы же не встречаемся. Мы… затрудняюсь подобрать определение для наших отношений. Но все равно рано об этом говорить маме. Сама еще до конца не разобралась.

— К ужину вернешься? — уточняет она, слегка хмурится. — Ты в последнее время постоянно по вечерам пропадаешь.

— Я вчера в спортзале была.

— Допоздна?

— Немного задержалась в сауне после тренировки.

— Полин, тебя дома почти не бывает. То эта подготовка к университету, — она хмурится с явным неодобрением. — Ну хочется тебе — конечно, учись. Но и вместе с семьей надо проводить время.

Когда я была в Англии, таких вопросов не возникало. Меня не покидает чувство, что родители до сих пор мой выбор не приняли, считают, через время сама передумаю и решу вернуться заграницу.

— Папа все равно занят на неделе, — говорю, слегка пожимая плечами. — Мы на выходных можем поужинать вместе. Если у него не будет поездок.