— Мы зачистим его. Шоск, — повернулся он к нему. — Найди, Фарха и объясни ему, что нужно. Вечером спустимся туда еще раз и все уберем по-тихому. Остальным пока не слова про наши находки, — приказал Улгар.

Шоск серьезно кивнул и покинул нас.

А я мысленно обратилась к духам. Мне, казалось, что они незримо все равно помогают нам. Вот и ту тетрадь мы нашли случайно ведь. А могли бы и не обнаружить ее секрет.

Значит, стоит их поблагодарить и попросить еще немного помощи. Она нам теперь, ой, как понадобиться, чтобы распутать этот клубок тайн вокруг Шадиша.

Духи, дайте нам сил. И немного удачи. Большего и не прошу.

16. Красное

Так прошло несколько дней.

Улгар быстро нашёл мага в караване, который согласился сделать магический ключ на моей крови. Он только серьёзно уточнил: добровольно ли я отдаю кровь? Иначе ничего не получится, добавил он.

Конечно, я подтвердила, что добровольно. Маг долго колдовал над маленькой серебряной полусферой, куда я капнула несколько капель, а потом отдал мужу готовый артефакт на серебряной цепочке.

Видя мое нетерпение, Улгар попросил меня заняться тетрадью, чтобы я точно никуда не полезла, — сказал он. Да и кому-то нужно было сделать копии страниц для повелителя орков. А доверить тетрадь еще кому-то Улгар не мог.

Магия тоже не могла этого сделать, объяснил он. Какое-то хитрое заклятие было на чернилах, что они не поддавались обычному переносу. Поэтому теперь я терпеливо переписывала непонятные списки, выводя букву за буквой, цифру за цифрой, и перепроверяя их по несколько раз, чтобы не ошибиться.

Вечерами я утешалась новостями от мужа. Они нашли ещё два хода с помощью ключа. Один вёл в кухню, точнее, в погреб под ней. Вход во второй располагался в кабинете наместника, за тяжёлым шкафом. И выходили они оба за крепостными стенами, в разные стороны.

А тот первый ход, где мы нашли драконий пепел, тоже вёл за пределы крепости, прямо к одной из узких троп, по которой местные пастухи гоняли стада коз.

Следов запретного порошка больше нигде не нашли. А те, что были, орки как-то убрали и очистили то место. Улгар сказал, что лично проследил, чтобы ни пылинки не осталось.

Моя тревога не отступала, где-то в глубине души я чувствовала, что это не конец, но хотя бы дышать стало легче.

Я настолько погрузилась во все эти тайны, что совершенно пропустила, что в крепости происходят и другие события.

Поэтому когда я вышла в главный зал и увидела, что его украшают красными лентами, колокольчиками и цветами, я сильно удивилась.

Красное. Много красного. Ленты свисали с балок, цветы стояли в грубых глиняных кувшинах, а на стенах висели яркие полотнища. Пахло почему-то хвоей и ещё чем-то сладким, незнакомым.

— Айлин, — спросила я, найдя её среди хлопочущих женщин, — а что за праздник у нас будет? Какой-то орочий обычай?

Она удивлённо посмотрела на меня, потом улыбнулась.

— Так свадьба, Кира, — охотно пояснила она. — Микара и Сошат решили сыграть свадьбу здесь. Шамана уже позвали. Как он появится, так и проведём обряд.

— Свадьба, — повторила я, и внутри кольнуло острой, неприятной завистью.

Я торопливо отвела взгляд, чтобы Айлин не заметила. Конечно, свадьба. Радость, цветы, красные ленты. Всё, чего у меня не было.

Я бы и сама хотела по-настоящему стать женой Улгара, перед духами, перед всем кланом, с желанным браслетом на руке и цветами в волосах. Или как у орков наряжают невесту.

Разве можно назвать свадьбой то, что было у нас? Холодный подвал замка герцога, сухой обряд, унизительное переодевание. Ни цветов, ни радости, ни шамана, который обратился бы к духам. Только сделка и холодное «передаю тебе свою дочь».

Я посмотрела на счастливую невесту. Она хлопотала по залу, поправляла цветы, смеялась с подругами. Глаза её сияли. Ее жених то и дело подходил к ней, касался плеча, и она смущённо отмахивалась, но было видно, как она рада.

В голове завертелись невесёлые мысли. Я старательно отгоняла их, но всё равно не могла перестать грустить.

— Давай я помогу? Что делать? — предложила я, чтобы немного отвлечься.

Возвращаться в свою комнату и дальше корпеть над записями мне сейчас совсем не хотелось.

Айлин охотно закивала, подхватывая охапку алых лент.

— Конечно, помогай, — она протянула мне половину. — Вешай вот здесь, на перила, чтобы ровно висело.

Я принялась за дело, слушая её веселую болтовню. Она охотно делилась подробностями своей свадьбы и рассказывала, как это вообще проходит у орков.

— Невеста должна быть в красном покрове, — говорила Айлин, ловко завязывая банты. — И красные бусы обязательно. Потому и дом так украшаем. Красное — это цвет радости и достатка. Другие гостьи не одевают этот цвет, чтобы вся благодать духов к молодым перешла. Это их день. Только их.

Я слушала, разглаживая ленту, и представляла. Красные бусы. Браслет, покров и лицо любимого напротив, пока шаман обращается к духам. Самое заветное желание.