— Занят. — Она знает, что он не придёт. И остальные тоже. Но именно тихий пустой дом и время, которое принадлежит только нам, вызывают другие ощущения.

Я целую её мягко, потом отстраняюсь.

— Ты хочешь остановиться?

Мой член хочет врезать мне за этот вопрос.

— Нет, — отвечает она быстро. — Просто… ощущается странно. Как будто я делаю что-то неправильное.

Я поднимаю бровь.

— Почему?

Она сглатывает, колеблется, но я не даю ей отступить.

— Здесь так открыто, — наконец говорит она. — Будто любой может войти и увидеть нас, меня, и подумает, что…

Она замолкает.

Я провожу пальцем вдоль её талии вверх и вниз.

— И что же они подумают?

Она опускает взгляд, избегая моего. Я беру её за подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— Что они подумают, Шелби? — Когда она продолжает молчать, я сам заканчиваю за неё. — Что у тебя есть желания и потребности? Что тебе нравится испытывать удовольствие? Что тебе нравится дарить его мне? — Её голубые глаза расширяются с каждым словом, каждым признанием, которое я бросаю ей в лицо. — Что, возможно, они увидят тебя, пылающей от страсти с мокрой киской, стонущую в момент оргазма? Что они увидят тебя с другой стороны? С той, где ты отпускаешь свою идеальную «хорошую девочку» и даёшь себе волю?

— Это очень конкретно.

— У меня вообще много конкретных фантазий о том, что я хочу с тобой сделать. — Обхватываю её лицо, большим пальцем касаясь нижней губы. — Но только если ты сама этого хочешь.

Я всегда буду давать Шелби выбор, право участвовать в принятии любого решения между нами. Это единственное, что я могу предложить ей, чего никто другой в ее жизни никогда не давал. Но прямо сейчас мне стоит огромных усилий не сорвать с неё леггинсы, не раздвинуть ноги и не погрузиться лицом между её бёдер.

— Я хочу тебя, — произносит она тихо, почти стесняясь. — Но…

Чёрт. Вот и это «но». Я слишком тороплюсь. Спугнул её. Я ей не подхожу или не достоин. Или ещё миллион причин.

— Но… — медленно продолжает она, — я хочу ещё кое-чего.

— Я дам тебе всё, что ты пожелаешь, Джи-Джи.

Но я оказался совершенно не готовым к тому, что она сказала дальше.

— Я не хочу возвращаться в Техас девственницей. — Моё сердце и член дёргаются в унисон. — И я хочу сделать это с тобой.

Я молчу слишком долго, переваривая её слова, и тишина становится гнетущей. А когда становится неловко, Шелби теряется.

— Забудь, — она пробует спрыгнуть со столешницы, но я наконец прихожу в себя и мягко удерживаю её.

— Просто забудь об этом, — повторяет она.

— Думаешь, я смогу это забыть? — я провожу рукой по волосам, сбитый с толку. — Боже, Шелби…

— Я знаю, что всё это не входило в наше «маленькое соглашение». Ты считаешь, что я не готова. Что я слишком наивна, слишком правильная, что потом пожалею, — она говорит быстро, почти сбивчиво, видно, как неловко ей сейчас. — Но я взрослая женщина, Рид. И я знаю, чего хочу.

— Послушай, — говорю я, стараясь подобрать слова, — я ничего такого не думаю. — Откашливаюсь. Хотя, может, частично это и правда. — Ладно, кроме последнего.

— Просто… по тому, как ты реагируешь на меня, я подумала, что тебе это тоже нравится, — её взгляд скользит вниз, туда, где мой стояк все еще не отошел от страстного поцелуя, которым мы наслаждались до того, как она сбросила эту бомбу. — Но я также понимаю, что для тебя я всегда буду младшей сестрой Акселя. И я очень ценю всё, что ты делаешь для меня. Благодаря тебе я узнала, каково жить по-настоящему.

— Ладно, прекрати, — говорю я, вставая прямо перед ней, загораживая путь всем телом, чтобы она не могла убежать. — Ты просто застала меня врасплох. Но позволь прояснить одну вещь. Я не вижу в тебе сестру Акселя. Я вижу классную девушку, с которой мне нравится проводить время. С которой я люблю проводить время. Ты весёлая, милая и чертовски сексуальная. — Да, она нуждается во мне, но совсем немного. Шелби ведь сама приехала, сама нашла работу, сама начала строить жизнь. Но ей всё равно нужен был я, чтобы защитить, научить чему-то, поддержать. А такого со мной раньше не случалось. — И если ты хочешь, чтобы я стал твоим первым мужчиной, я не стану сопротивляться. Мне просто важно, чтобы ты была уверена в своём решении. Потому что для тебя это очень много значит, и я не хочу, чтобы ты потом пожалела.

— Ты думаешь, я пожалею, что у меня был секс с тобой? — спрашивает она.

— Детка, ты определенно из тех девушек, которые выходят замуж за первого парня, с которым переспят.

— Может, раньше я и была такой, — её руки касаются моей кожи, ее холодные пальцы на моём перегретом теле. — Но я больше не та девчонка, которая однажды появилась на пороге твоего дома.

Киваю.

— Я знаю.

— И если у меня есть выбор, с кем я хочу сделать это, я выбираю тебя.

Выбор. Вот оно, главное слово.

Я глубоко вдыхаю: