— Мне правда надо возвращаться к работе.

Он отступает, отпуская меня.

— Я серьёзно.

Чувства внутри уже давно вышли за рамки лёгкого трепета. Я выхожу из кладовки, пока ещё могу хоть как-то контролировать своё тело и мысли. Каждый раз, когда я прикасаюсь к нему, а особенно когда он прикасается ко мне, я чувствую, что понемногу теряю контроль над собой.

Глава 18

Рид

— Было весело, — бросаю я, сбрасывая куртку и вешая её у двери. — Но я пошёл спать.

— Я тоже, — отзывается Риз, подталкивая Твайлер к лестнице. — Не забудь, с утра надо пересматривать записи с игры.

— Чёрт, серьёзно? — стонет Аксель, явно забыв. — Тренер в курсе, что мы, вообще-то, растущие мальчики и нам нужен сон?

— Ну, он точно принесёт еду, — вмешивается Твайлер. — И день подходящий, тренеры смогут оценить травмы и всё такое.

Аксель прищуривается.

— Ты ведь знаешь, что он тебе больше не начальник. Не обязательно всё время быть на его стороне.

Пока они спорят, появляется Шелби. Сразу после возвращения домой она скрылась в прачечной, а теперь выходит с корзиной свежего белья. Направившись на терассу, у двери бросает короткое:

— Спокойной ночи.

Я тоже бормочу «спокойной ночи», как и остальные, но глаза мои следят только за ней. За тем, как она исчезает за матовыми стеклянными дверями, ни сном ни духом не ведая, что с того самого момента, как затащила меня в ту чёртову кладовку и запихнула свой язык мне врот, мой член стоит, как камень.

С тех пор в голове только её лицо в тот миг, когда она теряла контроль. Я не соврал, она невыносимо прекрасна, когда кончает. Вся эта невинность и желание смешиваются в нечто неотразимое. Я бы с удовольствием свалил пораньше, отчаянно желая поскорее добраться до дома и подрочить, лишь бы хоть немного ослабить желание, но не хотел уходить раньше нее.

Я, чёрт подери, не могу это объяснить. Просто хочу быть рядом. Хочу ловить взглядом её попку, когда она наклоняется поднять с пола салфетку. Увидеть, как изгибаются её губы в смехе, когда она болтает с Джози у стойки.

Я всерьёз подумывал снова затащить её в ту кладовку. Просто чтобы еще раз увидеть, как она теряет контроль в моих руках.

Что-то со мной не так. Это уже не просто влечение, а гребаная зависимость. Она стала моей одержимостью, а я ведь еще даже не трахнул её. Когда Аксель объявил, что подождёт Шелби, пока она закончит смену, прежде чем мы двинемся домой, я едва не расплакался от облегчения. Слава богу, он это сказал, потому что я бы ни за что не позволил ей идти через весь кампус ночью в одиночку, но мне кажется, что все эти вылазки тайком приведут нас к неприятностям.

Хотя нет, приведут меня к неприятностям, но мне, похоже, все равно.

Когда все расходятся по своим комнатам, я мысленно забираю назад все свои жалобы на то, как парни изменились, когда завели серьёзные отношения. Аксель, несмотря на нытьё по поводу раннего подъёма, исчезает в своей спальне быстрее, чем когда-либо. Джефферсон вообще редко приводит к себе девушек, так что он не в счёт. Но раньше, до Твайлер и Нади, такие ночи растягивались до утра. Мы возвращались из Барсучьего Логова слегка навеселе, обсуждали каждый момент матча с Хилдейлом, рубились в приставку. Даже когда я встречался с Дарлой или во время одного из наших многочисленных разрывов, кто-то всегда был рядом. Теперь же все, чего они хотят, уединиться, чтобы трахнуть своих девочек.

Еще несколько недель назад меня бы это бесило. Сейчас же я буквально лезу на стену, лишь бы дождаться, когда в доме наконец станет тихо. Чтобы я мог прокрасться к Шелби.

Я поднимаюсь наверх вслед за остальными, но Риз окликает.

— Йоу, Рид, не забудь свет.

— Ага, сейчас.

Я гашу лампы одну за другой, медленно, почти нарочно затягивая момент. Надеясь, что она выйдет. Позовёт меня. Или хотя бы бросит какой-нибудь, пусть самый маленький, намёк.

Я не сдерживаюсь, задерживаю дыхание, прикасаюсь к стеклу и шепчу.

— Джи-Джи, это я.

Штора отодвигается и наши взгляды встречаются. Сердце бешенно гремит в груди, и спустя пару мгновений ручка поворачивается, приглашая меня войти.

Сначала я ничего не замечаю, слишком занят тем, чтобы не выглядеть идиотом. Да и трудно сосредоточиться, когда она стоит босая, с этими безумно длинными ногами, а её обнажённые бедра едва прикрывает свободная футболка.

Но когда мой взгляд поднимается выше, я вижу.

Дырка на рукаве. Вышитая восьмёрка прямо над ней. Шелби Рейкстроу стоит на этой крошечной веранде, в моем джерси. И больше ни в чём.

Помилуй меня, господи. Блядь.

Я вхожу в комнату, даже не удосужившись закрыть за собой дверь, и сразу хватаю её за перед джерси, сминая ткань в кулаке.

— Где ты это нашла?

Она запрокидывает голову, и я вижу, как сжимается ее горло, когда она сглатывает.