Я встал и сделал то единственное, чего делать не должен был, но не смог остановить себя. Я обнял ее, прижал к груди, уткнувшись подбородком в макушку. Она сопротивлялась, но я только крепче сжал руки. Через пару секунд она обмякла и позволила мне держать ее, а это случалось редко.

— Пока никто не пострадал, — тихо сказал я. — У нас есть время, чтобы остановить все это, пока не стало хуже.

— Домик уничтожен, — ее голос дрогнул, срываясь на рыдания. — Это было единственное место на ранчо, которое любил мой отец.

— Это не твоя вина, — я надеялся хоть немного ее успокоить.

Она вырвалась из моих рук и развернулась ко мне лицом.

— Это моя обязанность — защищать его, Паркер. Спенс оставил его мне, а я… я на годы сбежала отсюда, чтобы что? Поиграть в серфера? В студентку? Позволить мужчине войти в мою жизнь, а потом узнать, что ему нужны только мои деньги? — каждое слово было пропитано такой ненавистью к себе, что меня буквально разорвало изнутри.

— Хватит, — рыкнул я. — Я не позволю тебе винить себя. Этого места вообще бы не существовало, если бы не ты! Рэйф никогда бы не закатал рукава и не работал бок о бок с тобой, чтобы спасти ранчо, если бы ты не убедила его, что это правильно. Твоя мама окончательно бы скатилась в зависимость, если бы ты не нашла способа помочь ей. Ты — один из самых сильных людей, которых я когда-либо встречал. Так что перестань бичевать себя за то, что ты позволила себе несколько коротких лет быть обычной девчонкой, а не маленьким взрослым, каким тебя заставили стать с детства.

В этот момент из дома вышел Тео. Его глаза метались между мной и Фэллон, в них был страх. Я сглотнул ярость — не на нее, а на тех, кто заставил ее сомневаться в себе. На ублюдка Джей-Джея. На того, кто нападал на ранчо.

— Готов посмотреть на лошадок? — спросил я у него.

Его глаза загорелись.

— И на собак?

Я посмотрел на Фэллон. Она пожала плечами.

— Тедди обычно берет своих собак на работу. У Джун недавно появились щенки, так что она, скорее всего, дома, но Джонни будет с ним.

— ЩЕНКИ! — радостно крикнул Тео.

— Джонни и Джун? — переспросил я, а губы непроизвольно дернулись в полуулыбке.

И я заметил, как у Фэллон тоже дрогнули уголки губ.

— Тедди — романтик, — пояснила она. — Джонни Кэш и Джун Картер — его идеал отношений.

Я фыркнул.

— Ему же лет под пятьдесят, и он до сих пор холостяк?

Фэллон нахмурилась.

— Да. Но… до маминой аварии я думала, что, может… — она покачала головой. — Он постоянно навещает ее в реабилитационном центре.

— Подожди, твоя мама и Тедди… встречаются? — трудно было представить Лорен, дикую красавицу, рядом с этим тощим рыжим ковбоем.

— Не уверена, что она вообще кого-то подпустит после того, что случилось с ее ногой, — грустно сказала Фэллон.

— Она через многое проходит. Но люди прекрасно живут и счастливы даже с протезами. Сейчас делают такие, что они почти полностью заменяют настоящую конечность.

Она только пожала плечами и зашагала по дорожке к главному дому.

— Фэллон, — крикнул я, раздражаясь, когда понял, что она просто уходит. — Ты не собираешься запереть дом?

Она закатила глаза.

— Просто закрой дверь, Паркер. Она сама заблокируется. Я дам тебе код, когда охрана его настроит.

Я взлетел на крыльцо, с силой хлопнул дверью, подхватил Тео и побежал за ней.

— Службе охраны придется многое объяснить.

— Ты прав, — бросила она. — Им есть что объяснять.

— Детектив в Сан-Диего по-прежнему уверен, что Джей-Джей там?

— Когда я говорила с ним после истории с трактором — да.

— Есть способы обмануть электронный браслет, Фэллон. Я могу сделать это с закрытыми глазами.

Она задумалась.

— Месяц назад я бы сказала, что у Джей-Джея не хватит ума на такое, но… не уверена, что я вообще знала его по-настоящему. — В голосе снова зазвучала горечь, самобичевание.

— Да кто вообще кого знает по-настоящему? — сказал я. — Как там твоя любимая цитата? О том, что люди показывают нам только ту версию себя, которую хотят, чтобы мы видели?

— Ты прекрасно знаешь, кто это сказал, — парировала она.

Я едва сдержал улыбку.

— Элеонора Рузвельт?

— Попробуй еще раз, Кермит.

— Опра Уинфри? — я вложил максимум издевки в голос, и она закатила глаза. Я счел это своей маленькой победой.

— Та певица из Нарисованные маргаритки? Ну, которая умерла?

Фэллон возмущенно фыркнула.

— Это Лэндри Ким! И нет, не она. Хотя ее сестра пишет их песни. Но ты близко — это была певица.

— Кантри или поп? — я сделал вид, что презираю оба варианта.

Она ударила меня кулаком в плечо, как в старые добрые времена.

— Придурок.

— Придурок! — радостно выкрикнул Тео, подбрасывая своего пса в воздух.

— Не используй это слово, — строго сказал я. — Оно только для взрослых.

— Фэллон взрослая? — Тео распахнул невинные глаза.