— Подразделение мастеров разбудило Маркоффа, Биллсмана и Телека. Как только они придут, они возведут щит над водой. Тогда можно будет не волноваться. — Телек вряд ли в таком состоянии, чтобы работать в такое время. А Маркофф, скорее всего, будет пытаться произвести впечатление на девушек на берегу своими мрачными выходками. — Диспетчер нашел их всех и утверждает, что они готовы. В любом случае, пока что Цзиметы не представляют большой опасности, если только они не проникнут в трубы.

— Рада это слышать. — Она поморщилась. — Но я все равно не буду пить воду из-под крана.

— Не дай боссу тебя застукать.

— Я сказала, что перестану ее пить, а не продавать. Может ли такое заражение произойти в любой момент?

— Технически? — Он кивнул — Вероятность заражения Цзиметом в конкретный год составляет примерно один к ста тысячам. Мы не ожидали ничего подобного по крайней мере ещё столетие. Яд, бактериальное цветение, скорпионийцы, да, но не это.

— То есть ты не думаешь, что это было естественно?

— Может, и так. А может, кто-то помог природе. Скорее всего, второе.

— Ты живёшь в мрачном мире.

— Это и есть управление рисками. Всё, что может пойти не так, пойдёт не так… с определённой вероятностью при заданных условиях. Мы расскажем, как это исправить и что нужно было сделать, чтобы этого не произошло. В такие моменты я становлюсь профессионалом в области ретроспективного анализа. — Он указал на кровь. — Сорок четыре года назад, когда мы строили "Яркое Зеркало", мы просчитали все риски и решили, что они приемлемы. Интересно, сообщит ли Король в Красном об этом семье Хэла. Если у него вообще есть семья.

— Босс, не самый утешительный собеседник.

— Полагаю, что нет.

Позади них проехала вереница повозок с големами.

— Представляешь? Стук в дверь, ты открываешь и видишь гигантский скелет в красных одеждах? А на лужайке перед твоим домом свернулась кольцами его летающая ящерица и пожирает твою собаку?

— У людей случались бы сердечные приступы. — Калеб не смог сдержать лёгкую улыбку. — Люди умирали бы, не успев закрыть дверь. Все мастера по травмам в городе набросились бы на нас, как акулы, почуявшие кровь в воде.

Тео хлопнул его по плечу.

— Смотрите-ка, к кому вернулось чувство юмора.

— Я тоже могу посмеяться. У меня в запасе ещё часа три. — Он махнул рукой в сторону повозок с грузом. Мимо проковыляла заспанная бригада ревенантов в рабочих комбинезонах, несущих рябину. От них пахло могильным тленом. — Я не уйду раньше трех, может, четырех.

— Стоит ли мне беспокоиться, что только демоны могут вывести тебя из ступора?

— Каждому приятно, когда в нем нуждаются, — ответил он. — Завтра я могу опоздать на работу.

— Я скажу Толлану и ребятам, что ты защищал мир от тирании. — Она достала из кармана часы и нахмурилась.

— Ты куда-то опаздываешь?

— Немного. — Она со щелчком закрыла часы. — Это не важно.

— Я в порядке. Нагоню тебя завтра.

— Ты уверен? Я могу остаться здесь, если понадоблюсь тебе.

— На кону судьба города. У меня дел по горло. Не до жалости к себе. Иди встречай свою девушку.

— Откуда ты знаешь, что у меня есть девушка?

— Кто еще будет ждать тебя в два часа ночи? Иди. Не попади в неприятности из-за меня.

— Лучше бы ты не врал.

— Ты бы знала, если бы я врал.

Она рассмеялась и скрылась в ночи.

***

Бригада рабочих высыпала в водохранилище десять тонн рябиновых бревен. Большую часть работы выполняли ревенанты, потому что для Цзиметов их запах был менее аппетитным. Вскоре вода покрылась ровным слоем древесины. Калеб поблагодарил бригадира, и его люди побрели обратно в свои казармы.

Рябина заслонила бы собой свет звезд, луны и солнца. Благодать дерева отравляла Цимес, и, лишившись света, отбрасываемого их тенями, эти существа увяли бы и погибли.

Над головой кружили Стражи на своих коатлях. Тяжелые крылья с перьями рассекали небо, наводя ужас, и Калеб чувствовал на себе змеиные взгляды.

К восходу солнца все руководители "Красный Король Консолидейтед" будут стучаться в дверь Калеба, требуя рассказать, как было осквернено "Яркое Зеркало". Ремесленники могли подчинять своей воле молнии, пересекать океаны без помощи кораблей, одолевать богов в поединке, но при этом оставались достаточно человечными, чтобы в кризисной ситуации искать козла отпущения. Спустя шестьдесят лет после того, как Дрездиэль-Лекс сбросил с себя божественную опеку, его хозяева по-прежнему требовали крови.