— Я просто думаю, что симптомы похожи. Это не может быть вирусное заболевание, потому что нет вообще никаких признаков эпидемии. Возможно вирус, воспроизвёлся самим организмом? Но это в принципе невозможно, — в шутку сказал доктор Охаси, но Кашивада и Рика посмотрели друг на друга и нервно сглотнули.

— А может быть такое, что Харуна-сама была в Африке?

Рика отрицательно покачала головой:

— Нет. Она ни разу не ездила заграницу, не говоря уж об Африке.

— Если она никогда не покидала Японию, то невозможно заразиться летаргическим энцефалитом, — твёрдо сказал доктор Охаси. Кашивада и Рика снова одновременно представили похожий образ, хотя никогда не видели его в реальности.

Это была женщина с раскинутыми в стороны руками. Её веерообразное лицо было на удивление большим, удлинённые глаза смотрели в разные стороны, а густые брови сходились к переносице. Волосы у неё на голове переплетались, словно змеи. Со вспышкой молнии и грома она выпустила на волю ядовитых змей, которых хранила с эпохи Дзёмон, но глиняная статуэтка всё продолжала стоять в витрине, только загадочно улыбаясь….

Кашивада и Рика молча обменялись взглядами. Теперь у обоих возник один и тот же вопрос: стоит ли рассказать об этом доктору Охаси? Если просто рассказать об этом, можно не только стать объектом насмешек, но и получить клеймо сумасшедших. Кашивада, вероятно, больше не увидится с доктором Охаси, но Рика будет регулярно навещать Харуну, так что придётся продолжить общение с ним.

Кашивада остановил Рику, которая собиралась заговорить, и взял инициативу в свои руки. Он кратко рассказал о том, что Харуна пережила в археологическом комплексе руин Инодзири в префектуре Нагано весной два года назад. Хотя это был всего лишь пересказ, его слова звучали довольно живо.

Змея, сбежавшая с головы глиняной статуэтки женщины периода Дзёмон, имела форму двойной спирали ДНК и напоминала изображение вируса. Он существовал с тех пор, как появилась письменность, а может, ещё и до рождения человечества, и был символом ужаса и страха в сердцах людей, превращаясь в гром и молнию, рассекавшие небо.

Кашивада и Рика думали, что доктор Охаси рассмеётся и скажет что-нибудь вроде: «Ха-ха-ха, это совсем не важно», чтобы отвязаться.

Однако, пока он слушал рассказ Кашивады, выражение лица доктора Охаси становилось всё серьёзнее и серьёзнее, а количество утвердительных кивков головой сокращалось.

Только выслушав всю историю от начала до конца доктор Охаси наклонил голову и сказал:

— Возможно, это просто совпадение, но вы знаете, как в европейском обществе называют летаргический энцефалит? — Кашивада и Рика отрицательно покачали в унисон головами. — Тысячеголовая Гидра….

— Гидра — это…

Кашивада сразу ответил на её вопрос:

— Это девятиглавая змея из греческих мифов... Как в истории о том, как Сусаноо Микото победил огромного змея Ямато-но Ороти. Её тоже убил Геракл...

Это просто очередной миф. Если у змеи есть тело, даже если она и является огромным чудовищем, её можно уничтожить. Однако если мир наполнен невидимой ненавистью, как с ней можно бороться?

Ненависть, выпущенная из колодца, подобна дыму, и вернуть её обратно уже невозможно.

Однако, с другой стороны, образ, о котором говорил доктор Охаси, напоминал бесчисленные переплетающихся во тьме верёвки.

— Тысячеголовая Гидра — это отличное название, чтобы описать всё. Летаргический энцефалит изначально нёс в себе какой-то глубоко скрытый ужас, словно за всем этим стоял Дьявол. Я не могу отделаться от мысли, что, возможно, истинный принцип действия вируса летаргического энцефалита заключался в том, что он придавал простому вирусу гриппа дьявольскую силу. В разгар десятилетнего периода эпидемии, в сочетании с вирусом гриппа, активировал его и действовал подобно Дьяволу. Возможно, этот вирус заставил мирных людей внезапно потерять человеческий облик…

Бесчисленные ядовитые змеи, покачивающиеся, как морские водоросли, действительно были очень похожи на образ летаргического энцефалита.

Если бы эти два вируса объединились друг с другом, подобно сэндвичу, настолько катастрофическими ужасным было бы количество погибших людей?

А может быть, именно так и попал вирус оспы на историческую сцену…

Причина, по которой в этот момент Кашивада подумал о вирусе оспы, заключалась в том, что в книге «Мир Кольца» имелись соответствующие записи.

[1] Эдвард Нортон Лоренц - американский математик и метеоролог, один из основоположников теории хаоса, автор выражения «эффект бабочки», а также создатель аттрактора Лоренца.

Фазовый портрет системы Лоренца: «эффект бабочки», выглядит примерно так:

[2] Концепция в исчислении и в системной науке, которая отражает тенденцию системы развиваться в направлении устойчивого состояния.

[3] Эпоха Тайсё — с 1912 по 1926 года.

[4] Знаменитый любовный роман, экранизированный в 1964 году, написанный Санэацу Мусянокодзи.

[5] Его настоящее имя — Таро Сасаяма, и он известен как «отец современного театра», знаменитый японский литературный критик и театральный режиссер, пионер натуралистического литературного движения и нового театрального движения в Японии.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ПЕЩЕРА ОТШЕЛЬНИКА Глава 9