Луна встречается со мной взглядом, взволнованно поднимая брови, но Босси усмехается, возвращая ей свое внимание.

— Он прав. Мы не остановимся на Бордо. Дело в дочерях Труа-гард. Вы трое — часть этого, и если мы не заберем вас, — говорит Босси, с прищуром глядя на меня, — это сделают сыновья Кинга.

— Нет, — задыхается Луна. — Вы не можете так же схватить Брайли. И Люси… Люси не хватит сил на такую жизнь, Босси. Давайте покончим с этим здесь. Ничего из этого их не касается.

Босси подается вперед, как гадюка, готовая наброситься. Но ее угроза куда страшнее, когда она начинает говорить.

— Все из этого их касается. Потомки Кинга напали на мою семью. Убивали нас. Это они попытались уничтожить нас до самого конца.

— Правда? — мое обвинение полно гнева. — Расскажите ей, что вы наделали. Как ваши сыновья убили мою маму.

— Ты хочешь сказать, ее братья?

Я открываю рот, чтобы закричать, но до меня доходит смысл ее слов.

— Что? — выдыхаю я.

Вздохнув, Босси качает головой.

— Видимо, никто не рассказывал тебе о маминой части семейного древа. Не могу их винить. Прежде чем стать вашей «Куинни», она была моей принцессой. Названной в честь меня. Моей Рути.

— Подождите, — я едва могу произносить слова. — Моя мама… она была из Уайлдов?

Насколько знали мы с братьями, у нее не было живой родни. Она никогда о них не говорила. Мы не особо над этим задумывались, раз у папы было полно родственников. Но скрывать что-то такое?

Босси кивает.

— Уайлд до последней капли крови. Пока не попала под чары этого вашего Кинга. Как только она ступила на земли Дарк Корнер, она перестала быть мне дочерью.

— Вы ее изгнали? — выплевываю я.

Уайлды способны на такое, вот так отрезать часть семьи. Но как можно было быть таким жестоким с кем-то настолько добрым, как моя мама?

— Это твоя мама отказалась от нас. Она знала, какие будут последствия, если она убежит с твоим папашей, и все же вот так плюнула нам в лицо, выбрав Фьюри.

Боже, неудивительно, что ее ветвь в наших библиях начинается с нее и заканчивается…

Нами.

Я во все глаза смотрю на Босси, когда она медленно кивает.

— И это значит, что вы с братьями — мои племянники.

Она говорит это без капли теплоты, и я чувствую то же самое. Но я не могу не бросить ей ее же слова и поднимаю связанные руки.

— Тогда зачем все это, а? Как насчет «родня есть родня»?

— Это единственная причина, почему ты до сих пор не в могиле и последняя милость, что я оказываю своей покойной дочери, — возражает она, крепче сжимая трость. — Во мне нет ни капли любви к тебе, мальчик, и я сделаю, что должна ради своей семьи. Ее ветвь прогнила до основания, и если не вырубить гниль, пропадет все дерево. Я не позволю вам, чья кровь пропитана предательством, продолжить род и заразить мой. Фьюри будут повержены, и прямая линия потомков Кинга закончится на тебе, Дэшиэле и Хаттоне. Мы заберем себе ваших драгоценных дочерей Труа-гард, как Кинг забрал мою. Он это начал, а я это закончу.

— Он знал, что так будет, — тихо поражается Сол, и продолжает уже громче: — Он заключил эту сделку в первую очередь из-за тебя. Чтобы убедиться, что мы защитим его ветвь, а его наследие будет жить.

Я морщусь. Он заставляет это звучать так… расчётливо. И может, формально так и есть, но, по сути, совсем нет. Не для моих братьев и уж точно не для меня.

Это ощущается, как Судьба. Нечто предначертанное. То чувство, что приходит к Фьюри, когда мы встречаем тех, кто дарит нам мир, которое я знаю, было у отца к матери. Но какой бы ни был мотив у Кинга на этого счет, наши жены принадлежат нам. И никто из Уайлдов не встанет на нашем пути.

Босси кивает, потом окидывает меня тяжелым взглядом.

— Кинг хотел от нас избавиться, но вместо этого дал нам возможность. Это и есть жизнь за жизнь, юный Фьюри. Твой отец будет проклинать тот день, когда перешел дорогу Босси Уайлд.

Я поражен, моя челюсть приоткрыта, а зрение плывет, но даже глядя на Босси я продолжаю наблюдать за тем, что происходит вокруг.

Охранники Сола и Нокса отвлеклись и слушают нашу перепалку, не уделяя должного внимания таким опасным мужчинам, как Бордо. Сол разглядывает меня и Босси, будто шторм, бушующий в часовне, а Нокс перестал расхаживать и словно готовится его переждать.

Даже Луна расправила плечи, ее лицо подчеркнуто-безразлично, не считая сощуренных глаз. Она притворяется, что не смотрит исключительно на отца и брата. Настороженность всех Бордо сгущается в воздухе. Чувствует ли это Босси? Или я просто наблюдал за ними слишком долго, и поэтому все вижу?

— Ну, хватит тратить время на семейные истории. Луна! — Босси щелкает пальцами, возвращая всеобщее внимание на этот позор, называемый свадьбой. — Я задала тебе вопрос. Берешь. Ли. Ты в мужья моего внука?

— Я… — Луна прикрывает глаза, собираясь с силами, и тяжело дышит через нос.