Хотя Истон позволил медиа рисовать картину за него, я так и остаюсь в подвешенном состоянии, благодарная за то, что Тай взял инициативу на себя. Он достаточно напорист и решителен за нас двоих. Этот груз я позволяю ему нести, пока сама пытаюсь нащупать хоть какую-то ясность и выстроить новое видение своего будущего. Не того будущего, к которому по-прежнему тянется сердце и которое я день за днем пытаюсь мысленно разобрать по кирпичикам.

Мои родители, разумеется, в восторге от перспективы моего романа с игроком НФЛ. Особенно отец. В этом нет ничего удивительного. Для меня же всё происходящее ощущается словно вне тела. По сути, наш «роман» сводится к обрывочным сообщениям и редким ночным звонкам, потому что по-настоящему встречаться у нас пока не получалось. И за это я даже благодарна.

Ирония в том, что наше второе «свидание» выпало именно на день, когда Тай играет за свое второе кольцо Супербоула. Если они выиграют, это будет его первое чемпионство в составе Cowboys. Предыдущее он завоевал два года назад, когда играл за Tampa. За то короткое время, что мы успели узнать друг друга, пресса не давала нам ни секунды покоя. Они дежурили у дома моих родителей, у моей квартиры и у входа в Austin Speak. Сейчас давление стало еще сильнее. Меня буквально везут к Таю, и я знаю, что через несколько часов на меня могут быть устремлены сотни миллионов взглядов. И причин для этого будет больше чем одна.

— Почти приехали, — успокаивает Дональд. На его шее перепутались сразу три разных бейджа, а я тем временем поражаюсь собственной глупости. Я умудрилась заблудиться уже через несколько минут после того, как меня провели внутрь стадиона. Мысли метались, превращая простые указания в неразрешимую задачу, и где-то между ними начала подползать паника. Если быть честной, я никогда раньше не бывала внутри такого огромного, многомиллиардного спортивного комплекса. Этот ультрасовременный стадион, по которому меня сейчас ведут, — настоящий Голиаф по сравнению с «давидовским»[107] полем в Остине.

И даже мчась навстречу главному герою сегодняшнего дня при поддержке всех, кто есть в моей жизни, включая медиа, которые сразу после нашего похода к алтарю окрестили меня бросившей всё злодейкой, я ощущаю давящий груз ожиданий. Хотя в последнее время пресса, кажется, сменила тон и словно бы простила меня. Думаю, причина в слухах о том, что Истон якобы двинулся дальше со своей богиней. Эти спекуляции породили вопросы о его верности и о том, почему именно я подала на развод.

Всё это — полная чушь.

Следуя примеру Истона, я так же твердо придерживаюсь позиции «без комментариев». Уверена, он не изводил себя заголовками, рождавшимися по обе стороны, и оставался в неведении относительно всей той грязи, объектами которой мы оба стали. А вот мне по долгу службы приходится наблюдать, как в прессе разворачиваются наши будущие жизни. Реальные или выдуманные. Даже если я пытаюсь этого избегать, сейчас это уже невозможно. Его стремительный взлет сопоставим с любым культовым артистом в истории.

Чем ярче будет разгораться его звезда, а в этом нет сомнений, тем чаще имя Истона будут ставить в один ряд с такими фигурами, как Prince, Madonna и им подобными. Уже сейчас его постоянно сравнивают с Elvis. Медиа даже наградили его прозвищем «Новый Король», которое, я уверена, он ненавидит. Если вообще о нем знает. Его музыку крутят чаще, чем треки любого другого артиста. Как я и предполагала, мир очарован им и одновременно жаждет крови, особенно из-за его откровенного неприятия прессы. False Image за последние месяцы дважды получил Diamond Award[108], продав более двадцати миллионов копий, и продажи продолжают расти. Спрос на дополнительные концерты увеличивается, и группа готовится к европейскому туру, который стартует через шесть недель.

Я горжусь им. Но наблюдать за тем, как он возвращается к жизни, зная каждый его шаг и видя этот оглушительный успех, стало для меня настоящим адом. Не менее изматывающим, чем то, что переживал мой отец, освещая помолвку Стеллы и Рида, их свадьбу и рождение их единственного ребенка. Моего мужа.

Истон в последнее время не выходит у меня из головы. И по какой-то жестокой иронии судьбы именно сегодня, в самый неподходящий день, высшие силы решили вставить огромный лом в мою первую и единственную попытку двигаться дальше.

Хуже всего то, что юридически я всё еще замужем за Истоном Крауном. Мы разъехались почти шесть месяцев назад, но ни один из нас так и не подписал бумаги. Живой документ до сих пор лежит у нас обоих без движения.

Когда я открыла его во второй раз, то с облегчением выдохнула, не увидев его подписи. Чего я тогда не знала, так это того, что каждый раз, когда я открываю файл, Истон получает уведомление по электронной почте. И наоборот.

Знаю, это глупо, но я всё равно туда заглядываю, снова и снова. Проверяю. Боюсь пропустить письмо. Все мои надежды до недавнего времени держались на одном — на отсутствии его подписи.

Но когда заголовки про Истона и Мисти взорвали инфопространство, во мне закипела ревность. Новости, подхваченные всеми крупными изданиями, твердили, что они работают вместе в студии. А TMZ[109] добавили масла в огонь, сообщив, что затемненный внедорожник не покидал территорию ее особняка в Малибу уже несколько дней.