– Помочь? – недобро прищурился Рэйн. Сделал шаг вперёд, сжимая руки в кулаки с такой силой, что кожа побелела, демонстрируя синие венки.

Что хуже – он не удостоил друга даже взглядом. Вся ярость сосредоточилась на мне! Глаза впились в моё лицо, сжигая плоть до самых косточек.

– Искорка, – забавное прозвище сейчас хлестнуло меня пощёчиной. Аж голова дёрнулась! – Какая у тебя интересная дипломная работа – трогать полуобнажённых воинов.

– Перестань! – выпалила я, густо покраснев от макушки до пальцев ног. – Я сама не ожидала, что…

Голос сорвался на высокой ноте. Грудь сдавливало от несправедливых обвинений. Это же вообще была не моя идея, а Ориана.

– Не ожидала, – эхом повторил Рэйн. В его интонации было столько ледяного презрения и какой-то странной, непонятной мне боли, что захотелось убежать, спрятаться, в конце-концов исчезнуть! – Скорее это я не ожидал.

– Рэйн, ты чего? Остынь, – совершенно некстати встрял Ориан. Я бросила на него умоляющий взгляд, чтобы он сам всё объяснил. Они же лучшие друзья! Если Холт не верит мне, то другу точно должен.

Но, кажется, я ошиблась.

– Девушка работает, – лениво протянул он. – Между прочим, делает всё аккуратно. Можно сказать, нежно.

– Чего? – охнула я, не ожидая подобной подставы. У него что, проблема с красноречием?

Вряд ли! Без Холта заливался соловьём. Складно да ладно!

Самый талантливый выпускник мазнул по мне нечитаемым взглядом и процедил сквозь стиснутые зубы:

– Одевайся.

– Да брось! – Ориан картинно передёрнул плечами, хотя его кожа оставалась сухой и гладкой, без единого признака мурашек. – С такой горячей малышкой как Гримстон не замёрзнешь даже в лютую стуж…

– Заткнись! – рявкнули мы с Холтом в один голос, и это нечаянное единство лишь усилило неловкость момента.

Парень звонко рассмеялся и, подмигнув мне, нагнулся за рубашкой.

– Ладно-ладно, ухожу, – Ориан вздохнул, нарочито неторопливо застёгивая куртку. – Твоя очередь, Холт. Уверен, тебе понравится. Действуй.

И прежде, чем Рэйн успел броситься на наглеца, он выставил перед собой ладони.

– Я про помощь с замерами, не подумай ничего дурного.

Лжец! Это звучало так непристойно, как только можно!

Кожа на лице и шее пылала. Сердце билось о грудную клетку в ожидании серьёзных неприятностей. Я судорожно втянула воздух, словно всё это время не дышала, и, мысленно досчитав до трёх, повернулась к Холту.

– Я не буду говорить, что это не то, что ты думаешь, – постаралась сказать уверенно, но голос всё-таки срывался. – Потому что я не сделала ничего дурного. Я артефактор и делаю свою работу. Заметь, на открытой территории, куда может прийти любой. Он сам предложил, а я…

– А ты не смогла отказаться, – голос Холта был насквозь пропитан ледяным разочарованием.

– А ты, значит, видишь только то, что хочешь! - вспылила я, не понимая, почему вообще начала оправдываться? Лишь сильнее себя закопала.

Не знаю, на что я надеялась, но Холт лишь одарил меня долгим взглядом, а потом резко развернулся и зашагал прочь.

Я осталась одна.

В груди клокотал расплавленный свинец обиды, горло саднило от невысказанных слов. Холод пробирался под одежду, но я не чувствовала его – только жар несправедливости, кипевший в венах.

– Идиоты, – прошипела я, осознав, что надо мной… посмеялись? Использовали?

Неважно.

Одно я поняла точно – с меня хватит! Больше не желаю здесь оставаться!

В комнату влетела как ураган. Девчонки, дремавшие в своих кроватях, подскочили от грохота входной двери и принялись растерянно оглядываться.

– Эй, ты чего? – недовольно проворчала Герда.

Я молча подошла к своей кровати и принялась скидывать на середину все свои вещи.

– Собираюсь, – отрезала я, испытывая желание немедленно покинуть территорию.

– Куда? – встревожилась Лиана.

– Домой. В академию. Куда угодно, – я достала из-под кровати сумку, отряхнув ещё от редких, ещё не успевших скопиться пылинок, и шлёпнула её на покрывало. – Я здесь больше не останусь, с этими чудовищами. Не воины, а придурки, ей богу!

Герда с Лианой переглянулись, зато Селия спрыгнула с кровати и, приблизившись ко мне, схватила за руку.

– Кара, не глупи. Парни вредные, согласна. Но вроде всё начало налаживаться. Ты подружилась с тем красавчиком…

При мысли об Ориане меня аж передёрнуло. Блокнот, сунутый в карман плаща, показался неподъёмной тяжестью и, достав его, я швырнула подарок в мусорную корзину. Видеть больше не хочу ни его, ни дарителя!

– Не торопись, Гримстон, – наконец, подала голос Герда. – Не знаю, что случилось между тобой и тем парнем, но вспомни слова господина Орхарда. Что он скажет, когда вчера ты клялась и божилась, что без проблем продержишься здесь месяц, а теперь пытаешься сбежать? Твой поступок бросит тень и на нас! Не будь эгоисткой!

Зря она так. Я не обиделась, куда уж больше? Но только укрепилась в своём решении.