— Буруны с подветренной стороны, сэр! — Это был Траскот, констапель, в одиночестве несший вахту, пока его начальники прорабатывали вопросы стратегии.

— Тут слишком много рифов, — сказал Хью Болито. — Поднимитесь на палубу, мистер Дансер. Спустите шлюпку и соберите группу для высадки. Проверьте оружие, но проследите, чтобы оно не было заряжено. Не хочу, чтобы какой-нибудь не в меру ретивый матрос спустил по оплошности курок. — Его глаза сверкнули. — Отвечаете лично передо мной.

— Это все, что мы можем, — в его голосе чувствовалось незначительное облегчение. — Говорят, что груз контрабанды был сброшен в следующей бухте к северо-западу от той, где я высаживаю вас. Сообщают, что груз останется на месте пока все не поверят, что «Мститель» ушел. — Он ударил кулаком по столу. — Много чего говорят, но ничего действительно стоящего!

— Похоже, что так, сэр, — усмехнулся Пайк. — Я захвачу «многоножек», просто на всякий случай.

— Шлюпка готова, сэр, — раздался еще один голос. — С уважением от мистера Глоуга, но не могли бы юные джентльмены поторопиться?

— Пора, — кивнул Хью, направляясь на палубу.

Болито ощущал, как от сырости ломит кости. Всему виной спокойные деньки, проведенные дома, уныло думал он. Теперь, изнуренный ветром и морем, он и правда чувствовал себя слабым.

Мичман взглянул на раскачивающуюся у борта шлюпку. В темноте с трудом угадывались ее очертания, лишь силуэт в шквале белых брызг.

— Я бы хотел отправиться с вами, — поравнялся с ним Дансер.

— Да, я тоже. — Болито сжал руку друга. — Среди этих людей я словно желторотый юнец.

Его брат, покачиваясь, пересекал скользкую палубу.

— Пора. Продолжайте, боцман. — Он подождал, пока Пайк достаточно спуститься, чтобы скрыться за бортом и тихо добавил. — Гляди в оба. Я лягу в дрейф как смогу, но что бы ни случилось, мы будем на месте с первым лучом солнца. Если хотя бы часть информации верна, шанс у нас есть.

Болито перекинул ногу через фальшборт и замер, ожидая, пока глаза привыкнут к темноте. Один неверный шаг и его унесет как щепку, попавшую в мельничную плотину.

Мичман не успел еще перевести дух, как на лодке отдали концы и взяли курс прочь от «Мстителя». Устремив взгляд над головами гребцов, Пайк поворачивал румпель, выбирая путь сквозь ближайшую полосу пенящихся бурунов.

— Что за «многоножки», мистер Пайк? — спросил Болито, чтобы отвлечься.

— Да вот они, сэр! — загребной ухмыльнулся, в темноте особенно ярко блеснули зубы. Наклонившись вперед при очередном гребке, он пнул что-то ногой.

Болито нагнулся и нащупал два огромных абордажных крюка. Они отличались от тех, что ему приходилось видеть раньше, на них было несколько рядов лап, похожих на ноги.

— Контрабандисты обычно топят свою добычу до той поры, пока не убедятся, что берег чист, — сказал Пайк, не отрывая взгляда от земли. — Когда все в порядке, они ее вылавливают. Мои маленькие многоножки могут поднять что-нибудь со дна. — Он тихо рассмеялся, хотя в его голосе не чувствовалось веселья. — Мне уже доводилось проделывать такое пару раз!

— Земля, сэр! — раздался голос бакового.

Шлюпка скользила по воде, брызги с шипением поднимались от весел, окатывая и так почти насквозь промокших моряков.

— Полегче!

Высокая отвесная скала показалась по правому борту, заглушив звук прибоя, словно массивная дверь.

Накренившись и сильно задрожав, лодка врезалась в плотный песок, и люди, изрыгая проклятья, посыпались в воду, не сумев устоять при толчке, в то время как другие спрыгивали на пляж, стараясь отвести нос шлюпки от разбросанных по пляжу камней.

Болито пытался унять стучащие зубы. Ему пришлось признать, что Глоуг и Пайк знали свое дело, и в плане его брата было разумное зерно. Вот она, бухточка, но Болито это место было совсем незнакомо.

— Ну что, сэр? — взглянул на него Пайк сквозь окружающую мглу.

— Вы лучше меня знаете, что делать.

Болито знал, что его могли услышать остальные, но сейчас было не время заботиться о достоинстве в ущерб безопасности. Он был вторым человеком на «Мстителе». Но при всем том — салагой-мичманом.

Пайк хмыкнул, удовлетворенно или презрительно, сложно сказать.

— Двое останутся у шлюпки, — сказал он. — Зарядить оружие. — Он указал направление в темноте. — Эшмор, тебе стоять на часах. Смотри, чтоб ни один мерзкий ублюдок не прошмыгнул.

— А если кто-то попадется, сэр? — спросил невидимый во тьме Эшмор.

— Разможжи ему голову, черт побери!

— Остальные — за мной! — Пайк поправил пояс. — В такую ночь, как эта, все пройдет как по маслу, — добавил он для Болито.

Снег кружился вихрями, пока они на ощупь продвигались по продуваемой ветром ненадежной тропе. Один раз Болито задержался, чтобы протянуть матросу руку на особенно скользком участке и увидел море, простирающееся под ним. Непроницаемая чернота, расчерченная полосами накатывающих белопенных валов.