«Когда вернешься?» — спросила она.

«Поздно, — сказал Джо. — В горах взрыв».

«Самолет разбился?»

«Он не сказал. Взрыв в нескольких милях от дороги Хейзелтон в горах, в краю лосей. Барнум думает, там могут быть убитые промысловые животные».

Она посмотрела на Джо, ожидая объяснений. Он пожал плечами — это всё, что он знал.

«Я оставлю тебе ужин».

Джо встретил шерифа и его заместителя Макланахана на съезде к Винчестеру и последовал за ними через маленький городок. Три машины — два окружных «Блейзера» и темно-зеленый пикап Джо из Департамента охоты и рыболовства — въехали и выехали из городка за несколько минут. Хотя время было еще раннее, из заведений работали только два бара с одинаковыми красными неоновыми вывесками «Курс» в окнах и магазинчик повседневных товаров. Единственное публичное произведение искусства Винчестера, расположенное на лужайке перед отделением банка, представляло собой огромную и жуткую металлическую скульптуру раненого медведя гризли, рвущегося с толстой цепи, его металлическая лапа была зажата в массивный капкан с острыми зубьями. Джо не находил скульптуру красивой, но она передавала настроение, стиль и врожденную культуру фронтира этой местности лучше, чем что-либо другое.

Заместитель Макланахан вел их через лес в том направлении, откуда сообщили о взрыве, а Джо шел за ним рядом с шерифом Барнумом. Джо и Макланахан обменялись короткими кивками и не проронили ни слова. Их отношения были натянуты с тех пор, как два года назад Макланахан расстрелял из дробовика лагерь проводника, и случайная дробинка попала Джо под глаз. Шрам остался до сих пор.

Висячее, как у побитой собаки, лицо Барнума исказилось гримасой, когда он ковылял рядом с Джо через кустарник. Он жаловался на боль в бедре. Жаловался на расстояние от дороги до места преступления. Жаловался на Макланахана и вполголоса сказал Джо, что уволил бы его много лет назад, если бы тот не был его племянником. Однако Джо подозревал, что Барнум держит Макланахана ещё и потому, что репутация его заместителя как стрелка быстрого на расправу добавляла — пусть и неправдивую и маловероятную — атмосферу крутизны окружному департаменту шерифа, что не вредило в избирательный период.

Пока они шли, солнце опустилось ниже вершин гор, и пики теперь были не более чем зубчатыми черными силуэтами. Свет в лесу померк, сливая верхушки деревьев и ветви, которые минуту назад были различимы, в тенистую мешанину. Джо потянулся назад к поясу, чтобы убедиться, что фонарик при нем. Заодно дал руке коснуться револьвера Smith & Wesson 357-го калибра, проверить, на месте ли. Он не хотел, чтобы Барнум заметил движение, так как Барнум всё еще подшучивал над Джо по поводу того, как тот потерял свое оружие при аресте браконьера.

В лесу стояла неестественная тишина, если не считать ворчания Барнума. Отсутствие обычных лесных звуков — стрекотания белок, передающих тревогу по цепочке, панического шороха оленей, воздушной барабанной дроби крыльев вспугнутых рябчиков — подтверждало, что здесь произошло нечто масштабное. Нечто настолько серьезное, что либо выгнало диких животных из этого района, либо напугало их до немоты. Джо чувствовал, что они приближаются, еще до того, как увидел что-то, подтверждающее это. Что бы это ни было, оно было прямо впереди.

Макланахан внезапно остановился, и Джо услышал, как тот резко втянул воздух.

«Господи Иисусе, — благоговейно прошептал Макланахан. — Господи Иисусе».

Еще дымящаяся воронка была пятнадцати ярдов в поперечнике. В центре — три фута глубиной. С полдюжины деревьев были вырваны из земли, и их неглубокие корневые системы торчали, как черные протянутые руки. Восемь или девять черно-белых коров лежали мертвые и неподвижные, разбросанные среди стволов деревьев. Земля под толстым дерновым краем воронки была темной и влажной. Несколько крупных белых корней, размером с берцовые кости, были вырваны взрывом и теперь указывали в небо. Запах взрывчатки, сосновой хвои от сломанных веток и перевернутой мульчи смешались в воздухе, создавая приторно-сладкий и тяжелый аромат.

То, что осталось от дневного света, быстро исчезало, и Джо включил фонарик, когда они медленно обходили воронку. Барнум и Макланахан последовали его примеру, и круги света осветили скрученные корни и кружевной бледно-желтый подлесок в воронке.

Остальная часть стада, по-видимому, невредимая, стояла молчаливыми тенями на границе света фонарика Джо. Он видел темные тяжелые формы и слышал звуки жующей коровы, а пара глаз ответила синим отсветом, когда корова подняла голову, чтобы посмотреть на него. Он подошел к ближайшей корове и посветил фонариком на её ляжку, чтобы разглядеть клеймо. Это была буква V с U под ней, разделенная одной линией — клеймо ранчо «Ви-Бар-Ю». Это были коровы Джима Финотты.