Семь сидела на полу, а каждая из его дочерей устроилась у неё на коленях. Он моргнул несколько раз, не веря своим глазам. Обычно девочки не любили чужих людей, а теперь — сидели у неё, как дома.

— Привет, — голос его дрогнул, и он надеялся, что никто этого не заметил. — Что случилось?

Девочки подняли головы и улыбнулись почти одинаковыми улыбками.

— Папочка!

Элла вскочила и обняла его. Он прижал её к себе. Тёмные волосы дочери едва доставали ему до пояса, и ему захотелось подхватить её и закружить, как раньше. Сердце колотилось, будто он пробежал марафон, и он никак не мог понять, что происходит.

— Привет, папочка, — тихо сказала Элла.

Дафна не стала вставать с колен Семь. Вместо этого только устроилась поудобнее — теперь, когда Элла уступила место.

— Девочки только что рассказали мне, что любят есть на завтрак, — сказала Семь.

Он почесал затылок.

— И что же? Хлопья?

Семь тихо рассмеялась.

— Они прибежали домой. Дафна считает, что мисс Энни из соседнего дома ещё не знает, что они вернулись. Они улизнули.

Вот так сюрприз. Женщина наверняка будет в панике, когда обнаружит пропажу.

— Я позвоню ей, чтобы она не волновалась, — сказал он. Потом, собравшись, добавил — как его мать бы выразилась, «воспитательный момент»: — Девочки, убегать — это плохо. Взрослые, которые вас окружают, любят вас, и мы будем ужасно волноваться, если вы исчезнете. Обещайте, что больше так не будете делать.

Элла вздохнула, отпуская его.

— Дафна сказала, что мы тебе нужны.

Он поднял трубку. Интересно. Но сперва нужно было позвонить Энни и сообщить, что девочки у него. После первого гутка, соседка подняла трубку, что не удивительно.

— Здравствуйте, мисс Энни, — произнёс он, прислонившись к стене. — Девочки у меня.

— О, слава Всевышнему! — заговорила соседка так быстро, что слова слились в одно. — Я проснулась, а их нет! Бен, прости!

— Не стоит извиняться. Они могут быть сущим наказанием. Я растил их всю жизнь, и они до сих пор устраивают мне головомойки, — сказал он, взглянув на Дафну. Та улыбнулась, и его сердце немного растаяло. Да, когда они вырастут, у него будут большие проблемы, если уже сейчас они умеют так ловко им манипулировать.

— Они что, видели монстра? — ахнула Энни.

Он не стал спрашивать, кого она имела в виду. Лишь удивился, что соседка снова назвала Семь «монстром», хотя вчера вечером называла её просто девчонкой.

— Да, но всё в порядке. Все в безопасности, — ответил он. Кроме меня, — добавил про себя.

Он оглядел комнату: Элла рисовала Семь, а Дафна смеялась. Всё выглядело почти по-домашнему.

— Бен, я могу прийти и забрать девочек...

— Нет, всё в порядке, — перебил он. Вроде бы в порядке. Откашлявшись, добавил: — Мне пора.

Он повесил трубку, аккуратно положив её на держатель, и глубоко вздохнул. Как, чёрт возьми, с этим справиться?

— Папочка, — позвала Дафна, поднимаясь. — Ей нужно имя. Дай ей имя.

— У неё есть имя, Дафна. Семь, — ответил он, подходя ближе. Не имело смысла притворяться, что он не понимает, о ком речь.

Элла вздохнула.

— Папа, Семь — это число. Это не имя.

— В её случае — и то, и другое, — сказал он, открывая шкафчик с хлопьями. — И, если уж формально, это не её полное имя. Это только первая цифра.

— Это глупо, — фыркнула Элла.

Бен бросил на неё строгий взгляд.

— Так говорить невежливо. Воспитанные девушки так не разговаривают.

— Я ещё не выросла, — усмехнулась она. — Мне шесть.

Он не сдержал смех — слишком уж напомнила она Юджина, когда спорила. Дафна же, напротив, была серьёзной — как он сам когда-то.

— Это правда. Так что не заставляй меня тебя наказывать, — улыбнулся он, наливая молоко. — Что ты имела в виду, когда сказала, что я тебе нужен, Даф?

Она рассмеялась и пожала плечами.

— Не знаю. Просто показалось, что тебе нужно, чтобы мы вернулись и помогли тебе и Семь искать призраков.

Он резко обернулся и пролил молоко.

— Что?

Глаза Семь округлились.

— Я им ничего не говорила! — сказала она быстро и, замявшись, добавила: — Клянусь.

Он услышал дрожь в её голосе. Она не лгала. Она боялась.

Семь осторожно сняла Дафну с колен и встала.

— Я серьёзно, Бен. Я бы никогда не причинила вреда ребёнку — тем более твоим. Я бы не рассказала им ничего без твоего разрешения.

Она отступила на шаг, и он почувствовал, как это расстояние между ними стало почти физическим. Боялась ли она его? Нет. Это было неприемлемо. Не после той ночи, когда они ловили призраков… и всех тех слишком личных мыслей, что он не должен был о ней думать.

— Я тебе верю, — сказал он тихо и подошёл ближе. Осознал, что его вспыльчивость не помогает. Он схватил её за руку и притянул к себе, пока она не прижалась к нему. Причины, по которым он это сделал, лучше не обсуждать при дочерях. — Пошли. Нам всем нужно позавтракать.

Она посмотрела на него так, словно у него выросла вторая голова.