— Могла бы, но это слишком смешно — заставлять тебя краснеть! — парирует она, пожимая плечами с ухмылкой.

Я вздыхаю.

— Да и без меня ты бы с ним никогда не заговорила. Всё-таки немного благодаря мне.

Очко за лучшую подругу-насмешницу.

— Ладно, ладно.

— Ну всё, я в отключке после этого дня, чередование дневных и ночных смен по потребности — это жесть. Я хочу в кровать и побыстрее! До завтра.

Сказано — сделано, Фанни покидает гостиную, направляясь в свою комнату. Она даже не попробует моё блюдо. Я немного расстроена, но оставлю ей тарелку в холодильнике на завтра. Размышляя, что же мне ответить Тео на это, я встаю, чтобы наполнить свою кормушку.

Я достаю из шкафа глубокую тарелку — хитрость, чтобы собрать побольше соуса, который потом можно вытереть хлебом. «Целое искусство — обжорство, ребята», — сказала бы Фанни.

Мой телефон звонит.

thé: Это тот момент, когда ты разочарована, что я не зелёный, как Шрек? ^^

Я хохочу на кухне. Конечно, я разочарована, какой вопрос! Шрек такой оригинальный, зачем мне красавчик Тео вместо него?

: Вообще-то, я…

Я начинаю печатать ответ, когда телефон начинает вибрировать у меня в пальцах под натиском звонка от знаменитого моряка. По привычке я снимаю трубку, слишком счастливая услышать его голос.

— Ты обнаружила мой самый большой недостаток — я не зелёный… — начинает он. — Простишь?

— Эт… кон… чёр….

О чёрт… Резким движением я вытаскиваю деревянную лопаточку, которую держала во рту, под его хохот, который почти пронзает мне барабанные перепонки. Кладу её обратно на столешницу и достаю вилку из ящика. Не собираюсь заставлять свой ужин ждать дольше, да и он уже смеётся надо мной, так что…

— Ты носишь ночную капу для зубов? — спрашивает он, всё ещё плохо сдерживая смех.

— У меня во рту была лопаточка от пасты…

— Значит, твои губы полны томатного соуса?

Его интонация кардинально изменилась. Никакого смеха, только хриплый звук, идущий из самой глубины. Я сказала что-то особенное? Не думаю, но, в конце концов, полагаю, мужчине нужно немногое, чтобы возбудиться.

— Да.

— Я… Ладно, я теряю контроль. Я хочу их попробовать. Скорее, вылизать.

— А у меня нет эффекта мокрой футболки, — дразню я его.

— У тебя есть эффект губ в томате, это превосходит всё. Вижу, что из нас двоих не я мастер соблазнения.

Теперь смеюсь я, застигнутая врасплох его словами.

— Это потому что ты умираешь от голода…

Я усаживаюсь поглубже в диван, поставив тарелку на журнальный столик, с телефоном, прижатым к уху.

— Я умираю от тебя. Не знаю, возможно ли это, но я определённо этим болен…

— Чему я обязана честью получить кусочек тебя?

Я слышу, как Тео глубоко вдыхает на другом конце провода. Неужели это настолько серьёзная тема? Он не торопится с ответом, взвешивая слова.

— Я подумал, что не могу вечно всё скрывать, да и нечестно это.

— Значит, ты всё же оставляешь немного загадки.

— Загадка — это сексуально, разве нет?

Тео очень часто смешит меня. Мне нравится, как он выкручивается, приземляется на лапы и ещё как умеет спорить. В нём есть эта маленькая изюминка, которая делает его таким интересным. Ни один другой мужчина не заставляет меня так смеяться и не подходит мне так хорошо.

«Ладно, не то чтобы ты вообще видела много мужчин».

Очко моему сознанию.

— Если бы я осмелилась, — добавляю я, — я бы сказала, что спорт тебе к лицу. Что мокрая от пота футболка менее отталкивающая, чем я ожидала, и гораздо более эротичная, чем предполагала.

— А если бы ты осмелилась, что бы ты ещё сказала, красавица Альба?

Я размышляю. После этого дня и уверенности, которую он мне внушил, я чувствую, что могла бы сдвинуть горы. Вот почему я решаюсь на всё.

— Ты очень красивый мужчина, твоё телосложение впечатляет и заставляет меня хотеть прижаться к тебе, чтобы ты меня защищал. Но больше всего меня покорили эти три родинки у тебя на шее. Я хочу прикоснуться к ним губами, поцеловать их, почувствовать твоё тёплое тело подо мной. Примерно представляешь картину?

Тео прочищает горло. Похоже, мои слова задели его за живое. Чёрт, я почти могла бы винить себя, но маленький чёртик на моём плече шепчет, что я выложила все карты, чтобы привязать его к себе.

— Я даже прекрасно представляю! Теперь, когда ты это сказала, как раз кстати, потому что это вполне может стать реальностью.

— Как это?

Что может стать реальностью? Я, облизывающая основание его горла? Не думаю, по крайней мере, не в ближайшее время. Внезапно меня охватывает лёгкая лихорадочность. Я слушаю этого человека-чайник, чтобы узнать больше.

— Я узнал, что у нас будет последняя стоянка перед возвращением в Бретань.

— О, это здорово, вы, наверное, рады, с моральной точки зрения это хорошо, правда?

— Да, да, — торопится он ответить. — Стоянка будет в Лиссабоне через месяц.

— Здорово.