— Едва. Но я поняла, что тебе интересно.

— Если хочешь, можем разработать план твоего сочинения о миннете. Я всего лишь мужчина, как ты сказала, в конце концов…

Натягиваю плед, лежащий на стуле у моего стола, чтобы зарыться в него лицом. Мне стыдно. Ладони влажные, желудок сводит. Чёрт, почему же я наговорила столько ерунды? Издаю невнятное бормотание сквозь плед и снова слышу сладостный смех Тео. Поскольку прятаться явно не помогает мне взять себя в руки, я делаю два глотка вина подряд.

— Секс вызывает у тебя дискомфорт? — вдруг спрашивает он.

Если я скажу «нет, совсем нет, трахаться — моя страсть», он никогда не поверит.

— Полностью. Я… Фух.

— Тебе не нравится это?

Его голос неуверенный. Чувствую, что мы вступили на зыбкую тему. Супер, чтобы испортить атмосферу, звоните Альбе!

— Нет, нет, то есть когда это хорошо. Просто я нелегко отдаюсь в объятия мужчины.

— Я никогда ни на минуту не думал, что это так, Альба, — утверждает он очень серьёзно. — Я уважаю тебя и я не из таких парней.

— Знаешь, можешь смеяться надо мной, но… Я давно не спала с мужчиной…

Уверена, он чувствует напряжение в моём голосе. Я боялась его осуждения, это уже болезненно. Но он быстро разряжает обстановку, становясь игривым:

— А с женщинами?

— Никогда. А ты? То есть не с женщинами или мужчинами, а скорее, это происходит регулярно?

Мне хочется спрятаться в мышиную норку и забыть слова Фанни. Кажется, она хотела смутить меня или подтолкнуть к границам моей зоны комфорта.

Слышу вздох на другом конце провода.

— Я был бабником, когда учился. Чередовал вечеринки с друзьями и девушками, и не хочу сказать, что мой список побед был коротким. Потом случилось… Всё изменилось. Сегодня я редко встречаюсь с женщинами, и, если честно, последний раз был много месяцев назад.

Голос Тео изменился. Он стал более озабоченным. Более отмеченным прошлым. Более напряжённым. Он вдруг кажется хрупким. Кажется, будто ему не хватает частицы мужественности. Это глупо, мужчину не оценивают по количеству женщин, проходящих через его жизнь или ночи.

И всё же у меня такое впечатление.

— Тебе этого не хватает?

— Нет. Иначе, возможно, я никогда бы с тобой не познакомился, — отвечает он уверенно.

Очко Тео. Если бы наши друзья не попытались вернуть нас к социальным отношениям, мы бы никогда не заговорили. Я бы никогда не почувствовала это нечто большее, эту связь с почти незнакомцем, который становится всё менее чужим…

Слышу, как Тео прочищает горло, наверное, чтобы начать новую тему разговора.

— На какие цвета ты тогда поддалась?

Он, как и я, прекрасно знает, о чём речь. О моём новом нижнем белье. Лёгкий узел смущения ощущается в животе, но я решаю отогнать его.

— У тебя есть любимый цвет в нижнем белье?

— Неважно, какого цвета на тебе бельё, Альба, мне бы хотелось…

Его хриплый голос наполняется чувственностью. Разговор принимает новый оборот, и возбуждение проявляется, заставляя моё тело трепетать.

Отвечаю шёпотом:

— Чёрный.

Его дыхание на другом конце провода становится тяжелее. Воздух в комнате становится тяжёлым. Мне жарко. От того приятного жара, что стекает по телу с нежностью. Хочется погрузиться в это тёплое и захватывающее предвкушение. Тео возбуждает меня, как ни один мужчина прежде. Если подумать, как ничто из того, что я знала. Это волнение для меня совершенно новое.

— Ты больше за кружево или за непрозрачность, Альба? — продолжает он тем же тоном.

— Прозрачное кружево… И танга.

До меня доносится стон. Я улыбаюсь от этой части удовлетворения, что распирает моё эго и уверенность. Я горжусь тем, что произвожу на него такой эффект. Я способна соблазнить мужчину…

— Альба… — шепчет он.

Тео, кажется, разрывается между наслаждением моментом и одновременно желанием, чтобы это прекратилось. Прикусываю подушечку указательного пальца. Мне хочется продолжить этот разговор, снова почувствовать себя женщиной.

— Да, Тео?

— Нам нужно найти более простую тему для разговора, которая меньше будоражит моё воображение, потому что иначе оно станет совершенно неуправляемым.

— Неуправляемым в какой степени?

— Я начну представлять нашу встречу, мой взгляд, впервые останавливающийся на тебе и любующийся твоей улыбкой, нежной и мягкой, но также отмеченной определённой искоркой озорства.

— Если мой взгляд откроет тебе только это, тебе нечего будет особо воображать…

— Не твой взгляд заставит меня вообразить продолжение, а моё желание открыть каждую зону твоего тела, каждую частицу твоей души, — признаётся он.

У меня перехватывает дыхание. Как ему удаётся быть таким соблазнительным в нескольких словах? Чувствую, как пошатываюсь. Сердце бьётся на высокой скорости. Тео наращивает давление. Терпеливо жду продолжения, убеждённая, что он ещё не закончил.

— Позволь мне узнать тебя, Альба.

— Что ты хочешь узнать, Тео?