Девушки оборачиваются при моем появлении, их рты открываются, и прежде чем они успевают произнести хоть слово, я указываю на дверь.

— УБИРАЙТЕСЬ.

Они бегут, хватают свое барахло и уходят, как будто кто-то только что объявил, что Лиам предлагает свой член самому желающему участнику. Зои едва поднимает взгляд, но я наблюдаю, как напрягается ее тело, чертовски хорошо зная, что я приду за ней.

Я шагаю через ванную, и ее тело напрягается, когда я приближаюсь к ней. По слезам на ее щеках видно, что все разговоры о Линке дошли до нее, но она не имеет права плакать из-за него. Она сделала это.

Когда я подхожу прямо к ней, Зои вскидывает голову, встречая мой пристальный взгляд.

— Что ты...

Прежде чем она заканчивает гневную фразу, я хватаю ее за руку и прижимаю спиной к стене, прижимая своим телом, ее рука упирается мне в грудь, пытаясь увеличить расстояние между нами хотя бы на дюйм.

— Я предупреждал тебя, — рычу я, ярость горит в моем смертоносном взгляде, игнорируя то, как ее знакомый запах переполняет мой организм. — Я сказал тебе, чтобы ты держалась от меня подальше, а потом ты идешь и рассказываешь всем о Линке, как будто он ничего не значит.

У нее отвисает челюсть, и она в ужасе смотрит на меня.

— Ты вообще себя слышишь? Что, черт возьми, с тобой не так?

— Я? — Я усмехаюсь.

— Да, ты, засранец, — кипит она, пытаясь прижаться к моей груди, чтобы освободить себе пространство, но я никуда не денусь. — Я сказала то, что должна была сказать, чтобы люди не отзывались плохо о Линкольне. Если бы ты знал, что они говорили ...

— Мне насрать, что они говорили.

Зои выгибает бровь, и я делаю все возможное, чтобы не вдохнуть ее.

— Конечно. Тебе все равно, что они говорят, но в ту секунду, когда ты слышишь хоть один тихий шепот на их губах, ты приходишь сюда, чтобы оскорбить меня. Я изложила все начистоту, Ной. Они говорили, что ты убил его, и я знаю, что ты полон решимости забыть о его существовании, но я не собираюсь, и я не собиралась позволять им распространять подобное дерьмо и оставлять пятно на памяти Линка. Так что говори об этом сколько хочешь, Ной, но я вижу тебя насквозь. Ты меня не проведешь.

Я прижимаюсь к ней, и ее рука перемещается с моей груди на руку, ее пальцы впиваются в мою кожу, а ногти оставляют маленькие вмятины в виде полумесяцев.

— Мне насрать, кого, по-твоему, ты пытаешься защитить. Я же сказал тебе держаться от меня подальше.

Кто-то заходит в ванную, и я отрываю взгляд от Зои, готовый послать их нахуй, когда вижу Шеннан, стоящую у двери и смотрящую на Зои, выгнув бровь, ее губы растягиваются в злой ухмылке. Она наблюдает за происходящим, и я вижу тот самый момент, когда ей кажется, что она знает, что, черт возьми, происходит.

— Интересно, — размышляет она, снова переводя взгляд на меня. — Когда закончишь возиться с мусором, найди меня. У меня есть как раз то, что поможет тебе отвлечься от этого дерьма.

Шеннан переводит взгляд обратно на Зои, и я понимаю, что, даже не пытаясь, я только что нарисовал мишень на спине Зои. Я на дюйм отстраняюсь от нее, увеличивая расстояние между нами, но не настолько, чтобы она могла ускользнуть. Шеннан смеется, ее грязный взгляд задерживается на Зои.

— Удачи, Зои. Тебе она понадобится.

И с этими словами Шеннан поворачивается спиной и выходит из ванной, оставляя нас одних.

— Великолепно, — бормочет Зои, сильно толкая меня в грудь и заставляя отступить на шаг. — Ты хоть понимаешь, что ты только что натворил? Шеннан собирается съесть меня живьем.

— Не моя проблема.

Зои усмехается и обходит меня, прежде чем оглядеть с ног до головы, ее осуждающий взгляд выводит меня из-под контроля.

— Посмотри на себя, Ной. Ты выглядишь жалко, — говорит она мне, делая шаг назад и понижая голос. — Ты сломлен, и я знаю, что тебе больно, но отталкивание меня тебе не поможет. Ты в полном беспорядке и делаешь себе только хуже.

Мои руки сжимаются в кулаки по бокам, челюсть сжимается от ярости.

— Не веди себя так, будто ты имеешь хоть малейшее представление, кто я такой. Ты меня больше не знаешь.

Зои усмехается.

— Может быть, ты и прав, но я знаю, что Линк презирал бы того мудака, которым ты стал. Ему было бы так стыдно за тебя. Тебе очень идет атмосфера плохого парня, но мне насрать. Это горячо, и я уверена, что каждая девушка по всему штату хочет быть той, кого ты затащишь в постель, но это ложь. Ты выглядишь как посмешище, Ной.

Отвращение сквозит в ее взгляде, и я чертовски ненавижу это. Одно дело — отталкивать ее, но видеть, как я ей противен? Это чертовски больно, но именно эта боль заставляет меня дышать. Мне это нужно больше, чем она когда-либо узнает.

Зои поворачивается спиной и направляется к выходу, и как раз в тот момент, когда я думаю, что она достаточно крутанула нож, она поворачивается обратно.