— Завтра утром, ты бежишь в МФЦ. Ногами. Берешь паспорт и пишешь заявление: «Запрет на совершение регистрационных действий без личного участия собственника». Поняла?

— Запрет?

— Именно. Это такая волшебная галочка в госреестре. Как только её поставят, ни один нотариус, ни один регистратор и ни один «черный маклер» не сможет продать, подарить или заложить твою недвижимость, пока ты лично не придешь, не покажешь паспорт и не распишешься в их журнале. Даже если Игорь принесет справку, что ты в космос улетела — ничего не выйдет. Это твой главный замок. Так ты не дашь муженьку продать квартиру.

Настя провела рукой по кожаной обложке папки.

— Поняла, но этого мало, Люб. Я ехала в такси и думала... Просто спасти квартиру — это защита. А я не хочу защищаться. Я хочу, чтобы он заплатил.

Люба прищурилась, закуривая тонкую сигарету.

— О, узнаю этот взгляд. В последний раз я его видела, когда ты 2010-м объясняла пожарному инспектору, куда ему засунуть его протокол. Выкладывай.

Настя глубоко вздохнула. Алкоголь ударил в голову, делая мысли четкими и злыми.

— Мой план прост. Я хочу забрать у него всё. Абсолютно всё.

— Амбициозно. Давай по пунктам.

— Пункт первый: Бизнес, — Настя загибала пальцы. — Игорь думает, что его главная проблема — это долг перед Дмитрием. Но это цветочки. Я обещала Дмитрию сеть Игоря. И я сдержу слово. Я сделаю так, что Игорь сам приползет к Волкову и будет умолять купить его ООО за копейки, лишь бы закрыть долги.

— Как? — спросила Люба. — Хотя, кажется, я понимаю. Что на ком записано? Ты говорила, он всё вешал на тебя, как на ёлку, чтобы налоговая не докопалась.

— Именно, — Настя усмехнулась. — Помещение кофейни на Арбате принадлежит мне. Оно еще от отца мне досталось в наследство, задолго до нашего брака, так что Игорь к нему юридически вообще никаким боком — при разводе ему там не светит ни одного квадратного сантиметра. Оформлено на ИП Волкова. Я просто все эти годы сдавала его мужу в аренду. И в договоре, который я сама составляла, есть пункт о досрочном расторжении. Завтра я могла бы просто выкинуть его оттуда.

— Почему?

— Потому что мне нужно время. Я буду держать его на крючке. Он будет думать, что если он ведет себя хорошо, то всё у него работает как часы. А на самом деле я просто жду момента, чтобы выбить из-под него эту табуретку, когда петля на шее затянется потуже.

— Жестоко, — одобрительно кивнула Люба. — А пункт второй?

— Пункт второй: Квартира. — Настя положила ладонь на папку. — Он хотел заложить её ради своих хотелок? Отлично. Теперь он её потеряет.

— Насть, ты же знаешь закон. Квартира куплена в браке. При разводе — 50 на 50. Даже с твоим Дмитрием ты не сможешь просто так лишить его доли.

— Смогу, — тихо сказала Настя. — Если он отдаст её добровольно.

Люба поперхнулась дымом.

— Игорь? Добровольно? Да он за копейку удавится!

— Удавится, если у него будет выбор. А я ему выбора не оставлю. Когда он останется без бизнеса, с огромными долгами перед Дмитрием и банками... я предложу ему сделку.

Настя посмотрела подруге в глаза.

— Я знаю про его «черную кассу». Я смогу найти записи. Сфотографировать их. Там всё: зарплаты в конвертах, уход от налогов, взятки. Если я отнесу это в ОБЭП — он сядет. Лет на пять.

Люба присвистнула.

— И ты предложишь ему обмен?

— Именно. Свобода в обмен на квартиру. Он подписывает дарственную на свою долю, я не даю ход компромату и забираю заявление на развод без раздела долгов. Он уходит к своей Вике голый, босый, но свободный. А я остаюсь в своей квартире.

— Гениально, — прошептала Люба. — И страшно. Ты понимаешь, что загоняешь крысу в угол?

— Крыса сама загнала себя в угол, когда решила, что я — мебель, — отрезала Настя. — Он хотел выкинуть меня в однушку? Теперь он пойдет жить на съемную хату. Карма, Люба. Это просто карма.

— Ладно, план шикарный. Но что ты будешь делать прямо сейчас? Ты сбежала из дома. Он в бешенстве. Документов нет.

— Сейчас я лягу спать, — сказала Настя, чувствуя, как наваливается усталость. — А завтра... Завтра у его мамы юбилей. Семьдесят лет.

— Ты шутишь? — округлила глаза Люба. — Ты пойдешь к этой гарпии после всего?

— Я обязана. Это часть плана. Игорь боится скандалов. Если я не приду, он начнет меня искать, истерить, звонить детям. А мне нужно, чтобы он пока думал, что я управляема. Что я просто обиделась, психанула, спрятала документы, но мы все еще «семья».

Настя налила себе еще водки, но пить не стала. Просто смотрела на прозрачную жидкость.

— Я приду на этот праздник. Я буду улыбаться. Я буду играть роль идеальной жены. Но это будет моя последняя роль. Завтра я покажу ему, кого он потерял. Я буду выглядеть так, что он своим слюноотделением затопит ресторан.

— Месть — это блюдо, которое подают красивым? — усмехнулась Люба.