— Веники куда? — кивком указываю на цветы, когда прохожу мимо, оставляя мотоцикл чуть в стороне. Загнать его в гараж сил нет.

— И тебе здравствуй, — усмехается отец. — Ты чего так рано?

— Надо, — коротко бросаю ему, поднимаясь на крыльцо, еле переставляя ноги.

— Ярослав, ты сегодня дома? — спрашивает отец, протягивая мне цветы. — Занеси и отдай горничной, у нас сегодня гости будут.

Беру у него букеты, идём в дом.

— Какие ещё гости?

— Об этом я и хотел с тобой поговорить, — уклоняется от ответа отец. — Пошли в мой кабинет.

Чуть ли не со стоном закатываю глаза, но иду за ним. Вот только душевных разговоров мне сейчас не хватает.

— Можно и в гостиной поговорить, — предлагаю ему, и он кивает.

Отдаем все домработнице, а сами садимся на мягкие диваны, что стоят друг напротив друга. Между ними антикварный журнальный столик с широкой вазой и какой-то корягой. Всегда ненавидел эту вазу и корягу в ней, хотел даже выбросить, но отец не позволил.

— Дизайном занималась твоя мать, мне нравится.

Вот и весь ответ, всё объяснение. Говорить про мать у нас вообще табу в семье. Ни я, ни отец стараемся не трогать эту тему. Я до сих пор считаю, что мать ушла от нас из-за отца, у него другое мнение.

Горничная нам приносит кофе, но я отодвигаю свою чашку, прошу просто апельсиновый сок. Она уходит на кухню, а отец делает вид, что наслаждается напитком.

— Если ты будешь молчать, то я подожду в своей комнате, — заявляю отцу.

— Хорошо, я просто думал, как лучше тебе сказать, — отодвигает чашку. — Дело в том, что я встречаюсь с женщиной…

— А я тут при чём? — искренне удивляюсь. — Встречайся с кем хочешь, только в дом не приводи.

— В этом и проблема. Я хочу сегодня вас с ней познакомить.

— Ээ, нет! — поднимаю руки и встаю. — Так мы не договаривались.

— О чем ты? — хмурится отец.

— У нас был договор, я остаюсь жить с тобой с условием, что ты не ведешь в дом бабу. Так и было, сейчас что поменялось?

— Прошло много лет.

— И что? Договор есть договор!

— Мне не нравится, как ты говоришь про женщин, это не бабы. Марина хорошая, тебе понравится. Да и придет она с племянницей…

— Да хоть пусть тащит с собой бабушек, дедушек… Всю родню пусть ведет! ТЫ. МНЕ. ПООБЕЩАЛ! — почти выплевываю эти слова отцу.

— Это мой дом, и ты не имеешь права мне указывать!

— И мой дом тоже!

— Ты еще ни копейки не заработал. Тут твоего нет ничего, даже эти шмотки и носки с трусами на тебе мои!

Стоим друг напротив друга, еще мгновение и вцепимся в глотку.

— Ваш сок, Ярослав, — голос горничной приводит в чувство, отступаем на пару шагов.

— Встречай сам своих гостей, — рычу на отца и скрываюсь у себя в комнате, где падаю на кровать, накрыв голову подушкой.

Всегда знал, что отец найдет замену матери, ждал и дождался. Наступил день икс, обратной дороги нет. Сначала познакомит, потом на свадьбу пригласит, а там и дети появятся. Супер! Всю жизнь об этом мечтал.

— Если через полчаса не спустишься и не встретишь моих гостей как полагается, можешь выкинуть все свои карты. Денег не будет. Впрочем, я твои карты уже заблокировал, дальнейшее зависит только от тебя.

Дверь в комнату захлопнулась, отец ушел, а я бью кулаком подушку от досады. Нашел чем прижать, с***! Придется улыбаться и строить из себя примерного и любящего сына перед чужими тетками.

Глава 9

— Мой сын, Ярослав, — представляет мне моего одногруппника Виктор. — Но я думаю, что вы знакомы. Марина говорила, что ты тоже учишься в архитектурном, а я как бы у вас ректор.

Загорский старший стоит и улыбается, а у меня мурашки по рукам бегут. Взгляд Ярослава полон злости, что пугает. До сих пор не могу понять, он именно меня так ненавидит или просто всех калек?

— Ярослав… — задумчиво смотрит на парня Марина. — Ты же этот…

Я вижу, что тетя узнала парня, и пугаюсь еще больше. Ну сейчас начнется. Да Марина тут камня на камне не оставит после всего, что со мной случилось!

— Витя, мне с тобой поговорить нужно! — заявляет тетя, и отец Ярослава удивленно приподнимает брови.

— Конечно, дорогая. Пройдем в мой кабинет, пока принесут горячее, и поговорим. Надеюсь, вы тут не подеретесь без нас?

Подмигивает мне, сам не зная, насколько близок к своему предположению.

— А теперь слушай меня, Цветочкина, — говорит Ярослав, как только взрослые скрылись в кабинете. — Сегодня ладно, но как только выйдете с теткой из этого дома, тут же забыли дорогу сюда, тебе ясно?

Он садится за накрытый стол и накладывает себе в тарелку салат, брускетты с разными начинками, тарталетки с икрой. Внушительная такая горка получается, и невозмутимо начинает есть.

— Чего смотришь? — жует Ярослав. — Я чего-то непонятно сказал?

— Думаю, что это не нам с тобой решать, — отвечаю ему, подъезжая к столу.

Для меня специально убрали один стул, чтобы я могла сидеть за столом на равных.

Оглядываю вкусности, что лежат на столе, и тянусь к канапе.