Я изучал каждое движение руки Брюса. Каждый тик его челюсти. Каждое едва заметное подергивание пальца на спусковом крючке. Ожидая момента, когда наступит открытие.

Затем я увидел, как изменилось лицо Саванны — что-то другое. Расчетливое. Бесстрашное.

Я знал этот взгляд.

Та самая, которую я видел, когда она пыталась найти решение моего PR-кошмара. Только на этот раз все выглядело так, словно у нее уже были ответы.

Она планировала.

Одним быстрым движением Брюс оказался у нее за спиной, прижимая ее тело к своей груди. Пистолет уперся ей в висок, превратив ее в живой щит. Блокирую мой удар.

Черт возьми.

- Бен, - сказал я в наушник тихим, ровным голосом.

- Я вижу это, - мгновенно ответил он, его голос был спокоен, как в любой другой день. - Первые выстрелы на мне.

Вот почему я доверял ему. Никакой паники. Никаких колебаний. Просто работа.

Мы двигались как одно целое.

Через несколько секунд упало первое тело — чисто, бесшумно.

Затем еще один. Выстрелы в голову. Все до единого.

Наши люди двигались как ножи, прорезая периметр Брюса еще до того, как поняли, что мы внутри.

И все же — мои глаза оставались прикованными к ней.

Мой пистолет ни разу не дрогнул в его сторону.

Я видел, как поднимается и опускается ее грудь, видел детей, цепляющихся за фургон, видел ужас, переполнявший ее силу, — но она не отводила взгляда от боя.

И тут я увидел это. Его губы шевельнулись. Я не мог этого слышать, но я точно знал, что он сказал. Он отдал приказ.

Подгони мне машину.

Моя нога вдавила педаль газа в пол, и двигатель взревел подо мной. Каждый мускул в моем теле напрягся, когда расстояние между нами сократилось.

Я молился, чтобы она была пристегнута, молился, чтобы у нее осталось достаточно сил, чтобы собраться с силами, молился, чтобы, когда все это закончится, она все еще дышала.

Внедорожник, в котором она ехала, несся к подъездной дороге, Брюс отчаянно пытался сбежать до того, как последний из его людей упадет на землю. Но он не убегал от команды или задания. Он убегал от меня. И я не собирался позволять ему уйти с ней.

Мир сузился до ничего, кроме машины передо мной, каждая секунда тянулась, как натянутая проволока, готовая лопнуть. Цифры в моей голове замелькали — пятьдесят ярдов, тридцать, десять — и я не колебался. Я вцепился руками в руль, стиснув челюсти, легкие горели, когда пропасть исчезла.

Удар был жестоким.

Заскрежетал металл. Стекло взорвалось. Рама их внедорожника изогнулась при соприкосновении, и на краткий, подвешенный момент я наблюдал, как он невесомо оторвался от земли. Затем он перевернулся раз, затем другой, прежде чем шлепнуться обратно в грязь, катаясь до тех пор, пока, наконец, не остановился искореженной кучей металла и дыма.

Мир замер, но мой пульс не участился.

Боль пронзила мою грудь и плечи там, где меня зацепил ремень безопасности, но мне было все равно. В ту секунду, когда грузовик резко остановился, я распахнул дверь, заставляя ноги нести меня вперед, даже когда мое тело протестующе закричало. Каждый вздох обжигал, каждый шаг посылал молнии по моему позвоночнику, но все это не имело значения. Все, что я мог видеть, была она.

- Саванна! - крикнул я, мой голос дрогнул под тяжестью паники.

Я, пошатываясь, направился к обломкам, спотыкаясь о битое стекло и искореженную сталь. В воздух повалил дым, густой и удушающий, резкий запах бензина смешивался с запахом горелой резины и крови. Мои ботинки скользили по грязи, но я не сбавлял скорость. Осколки царапали мои руки, когда я протискивался сквозь раздавленную раму.

И тут я увидел ее.

Она была зажата внутри, неловко скрюченная между искореженными сиденьями, кровь текла по ее лицу и скапливалась под плечом. Ее глаза открылись, ошеломленные и отяжелевшие, но они нашли мои. Даже несмотря на боль, она боролась, чтобы остаться со мной.

Облегчение нахлынуло, как наводнение, но оно было недолгим. Она была жива, но еле-еле. И мы еще не вышли.

Я направился к ней, отчаянно пытаясь найти путь среди обломков, чтобы освободить ее. Мои руки вцепились в искореженный металл, пальцы ободрались и горели, но рама была зажата слишком туго. Мне нужны были инструменты. Рычаги. Что угодно.

И тут я услышал это — голос, от которого у меня кровь застыла в жилах.

- Ты уверен в этом?

Брюс.

Его голос прорезал дым, как нож, ровный, ядовитый. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что он стоит у меня за спиной. Ублюдок каким-то образом выбрался из-под обломков, все еще держа пистолет в руке, как дьявол, выползающий из ада для последнего удара.

Я медленно встал, расправив плечи, встав телом между ним и Саванной. Мое оружие исчезло, затерялось где-то во время столкновения. Я был безоружен, но не отступил.

- Давай немного прогуляемся, - сказал Брюс низким голосом, указывая пистолетом. - Подальше от открытого пространства. Похоже, ты привел с собой больше гостей, чем я ожидал.