Потому что мы оба уже знали.

В голове у меня все закружилось, громко и безжалостно.

Он нашел брачный контракт. Он знал о Брюсе. Он заглянул в мою жизнь, не сказав мне. Возможно, это было для того, чтобы защитить меня. Может быть, это было и не так.

Но если он знал все это ... Что еще он знал? И как долго. Этот телефонный звонок был больше месяца назад.

У меня внутри все перевернулось. Было ли хоть что-нибудь из этого реальным?

Хотел ли он когда-нибудь меня — или я была просто головоломкой, которую ему нужно было разгадать? Испорченная женщина с хранилищем, полным тайн, и соответствующим состоянием.

Я моргнула, пытаясь заглушить рев в голове. Но это было бесполезно. Сомнения были громче, чем биение моего сердца, громче, чем голос, который раньше говорил мне, что с ним я в безопасности.

И именно тогда его голос прорвался сквозь это — дрожащий, надтреснутый, как будто он больше не мог сдерживаться.

- Я знал твою мать, - тихо сказал он.

Я резко повернула к нему голову.

Он выглядел опустошенным. Уставшим. Таким грубым, какого я никогда раньше не видела. - Я не хотел говорить тебе вот так. Я вообще не хотел тебе говорить - до тех пор, пока не убедился, что смогу обеспечить твою безопасность. Но я больше не могу тебе лгать.

Я перестала дышать.

Он провел рукой по волосам, словно тянул время, которого у него не было. - Барбара и я ... мы работали вместе. На протяжении многих лет. Я не могу рассказать тебе подробностей. Только то, что твоя мать доверяла мне. За много лет до того, как я встретил тебя, она доверяла мне.

Его глаза встретились с моими - темные, умоляющие. - Достаточно, чтобы попросить меня защитить тебя, когда она знала, что надвигается что-то плохое.

Мои легкие перестали работать.

- Она прислала мне письмо прямо перед катастрофой. Сказала, что Брюс был не тем, за кого себя выдавал. Сказала, что была напугана. У нее не было доказательств, не тех, которые можно было бы предъявить в суде, но она знала, что что-то не так. Ее слова до сих пор преследуют меня… она сказала, что со временем ты ей ни за что не поверишь...

Его голос дрогнул.

- Я поехал в Алабаму, чтобы найти тебя. Чтобы сдержать обещание, которое у меня так и не было возможности дать. Но тебя уже не было.

Он прерывисто вздохнул, как будто вся его жизнь зависела от выхода этой следующей части. - Когда я увидел тебя той ночью в своем клубе с Милли — это было похоже на судьбу. Как будто твоя мама привела тебя ко мне, когда я не мог найти тебя сам. И поверь мне, я искал.

Осознание этого сильно ударило меня прямо в живот. - Это ты оттащил от меня того мужчину в клубе?

- Да, - сказал он, глядя мне в глаза, голос теперь дрожал. - И через несколько дней ты открыла дверь. Ты согласилась притвориться, что встречаешься со мной, и я принял это, потому что это означало сближение. Но это была не игра, Саванна. Ничего из этого не было. Я не ожидал, что влюблюсь в тебя.

Он сокрушенно выдохнул. - Но я сделал это. Сильно. И с тех пор я не могу нормально дышать. И если тебе интересно, мне не нужны твои деньги. У меня есть свои.

Навернулись слезы, но они не потекли. Пока нет.

Потому что, хотя я могла видеть правду на его лице — даже несмотря на то, что все, что он говорил, становилось на свои места, — это не заставляло боль уходить.

Это не стерло предательства.

Он не мог доверять мне настолько, чтобы сказать правду.

Но я тоже не доверяла ему.

Вот мы и были. Два человека, держащиеся за ложь. Сдерживали части самих себя, как будто готовились к войне.

И что хуже всего?

Мы оба уже проиграли.

- Мне нужно подышать свежим воздухом, - сказала я, медленно вставая.

Его пристальный взгляд отслеживал каждое мое движение. - Саванна...

Я не могла смотреть на него. Не сейчас.

- Джексон, - сказала я, с трудом сглатывая, выдавливая слова, хотя они были похожи на стекло в моем горле. - Мне нужно, чтобы ты ушел.

Все его тело напряглось. - Пожалуйста,… пожалуйста, не делай этого.

Вот оно — отчаяние, грубое и хриплое в его голосе. То, как он надломился на слове пожалуйста чуть не сломило меня.

Но я не могла. Не сейчас. Не тогда, когда все внутри меня рушится. Мне просто нужно немного времени. Тишина. Секунда на размышление без того, чтобы мысли всех остальных давили на мои.

Он не пошевелился.

- Я здесь в безопасности? - спросила я, наконец, поднимая глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Собрав все свое мужество, которого у меня не было.

Его брови сошлись на переносице. - Что?

- Я в безопасности здесь, дома? - повторила, на этот раз медленнее, каждое слово было преднамеренной мерой контроля, которой я не чувствовала.

- Да, - сказал он тихо, но хрипло. - Здесь ты в безопасности.

— А ты — или Бен - будете прямо за этой дверью, если мне понадобится кто-нибудь из вас?