— Конечно, — говорит он, поднимается и пересаживается в кресло. Сбрасывает куртку, обнажая обтягивающую серую футболку, которая подчеркивает его грудь. — Так что смотрим?

Беру пульт и плед, устраиваюсь поудобнее на диване, кладу телефон на подлокотник.

— «Спрингфилд».

— Как город? Или как рок-звезда?

— Это название города, в котором они живут. Мой любимый сериал со времен средней и старшей школы. — Это подростковая мыльная опера о компании старшеклассников, которые познают дружбу и первую любовь. Конечно, там полно драмы, скандалов и страстей. Аксель все еще выглядит потерянным. — Ты никогда его не смотрел?

Все в нашем возрасте смотрели «Спрингфилд». Это классика, которая дала старт карьере десятка звезд.

— Он шёл на кабельном? — спрашивает он.

— Да. Каждое воскресенье вечером.

Он поднимает подбородок.

— Ну вот видишь. У нас не было кабельного, а по воскресеньям мы всегда были заняты.

— Чем? — спрашиваю я.

— Обязанностями по работе отца, — он закидывает ноги на журнальный столик и скрещивает их в лодыжках. — Так, объясни вкратце, о чем сериал?

Начинаю объяснять, но телефон жужжит. Мы оба смотрим на него. Не буду врать, надеюсь, что это Калеб, но это всего лишь напоминание принять витамины перед сном.

— Знаешь, если хочешь переспать с парнем с шестью кубиками, — Аксель приподнимает футболку, демонстрируя рельефный пресс, — у тебя есть мой номер.

— Во-первых, нет. — Закатываю глаза и перевожу взгляд на экран, где Джен и Брок флиртуют у шкафчиков. — Во-вторых, мне не нужен ни секс, ни твой номер.

Он хватает мой телефон (который не заблокирован после уведомления), заходит в контакты.

— Вот, — говорит он, добавив себя.

— Я не ищу приключений, — напоминаю ему. — И уж точно не позвоню тебе, когда захочу секса.

Он ухмыляется.

— То есть ты хотела?

— Мне было скучно.

И одиноко. И да, я была немного заведена. Но в основном пыталась удержаться от звонка Бренту и еще большей ошибки.

— Почему нет?

Я хмурюсь.

— Что «почему нет»?

— Почему ты не позвонишь мне? — он наклоняется вперед, опуская локти на колени. — Я горячий. Ты горячая. Мы явно совместимы в сексе. Можем утолить голод друг друга.

— Потому что... — потираю виски. Он всегда так бесит? — Я больше не гоняюсь за джерси.

— Это не охота за джерси, если я уже голый.

Бросаю на него жесткий взгляд.

— Я пытаюсь стать лучше. Как и ты. Случайные связи со спортсменами не принесли мне ничего, кроме дурной репутации и фактического бойкота по всему кампусу. Тебе стоило бы держаться от меня подальше, я как криптонит для секса.

— Чушь, — говорит он. — Мы переспали, и я не пропустил ни одной шайбы. И мы выиграли всухую. Ты скорее талисман удачи.

Я горько смеюсь и качаю головой.

— Что смешного? Ты же знаешь, мы серьезно относимся к суевериям.

Смотрю на его ужасные усы. Твайлер говорила, что он начал их отращивать после серии побед в этом сезоне и поклялся не сбривать до поражения или чемпионства.

— О, я в курсе.

— Ну так что? — спрашивает он, проводя пальцами по усам.

— Ты знаешь, как долго я ждала, чтобы один из парней, за которыми я бегала, назвал меня своим талисманом удачи? — Он качает головой, и, хотя лучше бы промолчать, я продолжаю: — Три года. Три долбаных года перепихонов и ночных звонков. Быть доступной, когда им это было нужно. Приходить, даже если я валюсь с ног или у меня есть дела. И вот, в тот единственный раз, когда мне это неинтересно, когда я точно не могу быть заинтересована, на моем пороге появляешься ты, сверкаешь прессом и ведешь себя так мило.

Он ухмыляется.

— Значит, я все-таки милый?

— Заткнись.

На экране Джесс и Брок идут по тротуару милого городка, едят мороженое и держатся за руки. Это так мило и так далеко от моей нынешней ситуации.

— Люди хотят девушек вроде нее, — говорю я, указывая на экран. — Невинных. Не таких, как я, с моей «копилкой секс партнеров».

— Да кому какое дело до «копилки»? — спрашивает он.

— Никому, если ты мужчина, — снова смотрю на экран. — Спойлер: у Брока будет куча девушек, включая ту, которую он оплодотворит, и двух, которым изменит. Но он все равно останется героем. А Джесс? Так и будет просто грустной девушкой, которая не может его забыть.

— Ладно, — неожиданно говорит Аксель. Я смотрю на него. — Я тебя услышал. И готов стать твоей «безопасной зоной», если ты станешь моей.

Я разглядываю его, длинные ноги, вытянутые вперед, татуировки на бицепсах, выделяющиеся под обтягивающей футболкой.

— Что это значит?

— Мне нужно держаться подальше от вечеринок. Тебе… от своих вредных привычек. Мы будем следить друг за другом. Никаких эпичных факапов. — Его язык касается пирсинга на губе. — Безопасная зона. Договорились?