Но я не могу проверить, потому что нарушаю все скоростные ограничения на этих пустых улицах, пытаясь спасти жизнь кошки и сохранить свою. Внезапно она пытается залезть мне на колени. И мне приходится приложить все силы, чтобы не сойти с ума и не разбиться, мчась по этим извилистым дорогам.

— Нет, нет, милая, — я смотрю вниз, но давайте будем реалистами, я ни за что не остановлюсь. Маленькое существо неуклюже перебирается через центральную консоль и забирается мне на колени, сворачиваясь калачиком, пока не исчезает под моей рубашкой. Она пачкает кровью мои любимые брюки, но сейчас мне на это наплевать.

— Не плачь, Ник, — бормочу я про себя и нежно глажу мягкую кошачью голову. Это единственное, что я вижу, не покрытое кровью.

— Через милю поверните налево, и через 100 футов вы прибудете к месту назначения.

— Мы почти на месте, милая, — шепчу я, глядя на кошку. Ее глаза закрыты, и она дрожит у меня на коленях. — Вот черт.

Вспышка красных и синих огней внезапно появляется в зеркале заднего вида, и у меня сжимается желудок.

— О, отлично, — бормочу я, переводя взгляд с полицейской машины позади меня на GPS в телефоне. — Конечно, это должно было случиться. Героически спасти кошку, но быть арестованной. В моем стиле.

Я смотрю на комок шерсти на своих коленях.

— Если я получу штраф, тебе лучше это оправдать, усатая.

С визгом тормозов я останавливаюсь перед ветеринарной клиникой, и с моих колен раздается протестующее мяуканье, когда я отстегиваю ремень и поворачиваюсь, чтобы выскочить из машины.

— Мэм…

— Все здесь! — кричу я полицейскому, даже не глядя, бросая кошелек на крышу машины. — Права, регистрация, все мои сбережения. Выбирайте, но позвольте мне спасти кошку!

И, не дожидаясь реакции, я вбегаю в ветеринарную клинику, лишь раз оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что меня не ударят электрошокером. Слава Богу, входная дверь открыта.

— Мне нужна помощь! — Я в панике врываюсь внутрь и осматриваюсь, но здесь никого нет. — Эй? Черт, помогите!

— Эй, эй, успокойтесь... — Я резко поворачиваюсь, когда из-за угла, который, как я предполагаю, ведет в процедурный кабинет, появляется мужчина. — О.

— Не «о», — резко говорю я и подбегаю к нему. — Вы ветеринар? — Он медленно кивает, явно растерянный, и я практически сую ему кошку в руки. — Хорошо. Фантастика. Тогда спасите эту кошку. Пожалуйста.

Не говоря ни слова, он забирает кошку из моих рук, растерянность лица сменяется сосредоточенностью, прежде чем он разворачивается и быстрыми шагами уходит.

А я остаюсь, застыв на месте, и смотрю, как он исчезает в одной из комнат.

Только сейчас до меня доходит. Я прислоняюсь спиной к стойке регистрации, скрещиваю руки на груди, дрожащие пальцы впиваются в ткань рубашки, пока я пытаюсь восстановить дыхание.

Черт возьми. Моя жизнь — это чертов удар под дых.

— Мисс, вот ваш кошелек.

Я закусываю внутреннюю сторону щеки. Черт, я совсем забыла про копа. Глубоко вздохнув, я выпрямляю спину и поворачиваюсь к нему.

— Спасибо. — Я не могу заставить себя улыбнуться, принимая от него мой кошелек. Но его глаза слегка расширяются, и я с глубоким вздохом медленно провожу рукой по лицу. Точно.

— Хм. Я думал, что ваши документы поддельные, но вы...

— Да, — перебиваю я его, за что тот слегка приподнимает бровь, не вызывая никакого интереса. — Извините. Я бы предпочла сохранить это в тайне. — Я заставляю один уголок рта подняться вверх. — И извините за превышение скорости; мне нужно было как можно скорее доставить этого малыша сюда.

— Хорошо. — Он делает глубокий вдох, и теперь его очередь скрещивать мускулистые руки на груди. Постойте, его мускулистые что?

Только сейчас я внимательнее смотрю на него. Он молод. По моим оценкам, ему около тридцати, он сложен как гора. Серьезно, эта униформа сидит на нем как влитая. Одно движение, и шов на рукавах может разойтись, обнажив еще больше татуировок, которые я могу лишь мельком заметить.

И он высокий. Когда мой взгляд поднимается к его лицу, я замечаю его острый, как нож, подбородок, скрытый едва заметной щетиной. Волосы у него короткие, но взъерошенные, густые и песочно-каштановые, словно он провел по ним рукой и оставил их такими специально. Наконец, я встречаюсь взглядом с его зелеными глазами.

— Все в порядке. Ничего страшного не случилось, и это уважительная причина. Просто больше так не делайте.

— Спасибо, офицер...

— Меня зовут Эрик. Все здесь меня так называют.

— Хорошо, тогда спасибо, Эрик. — Моя улыбка становится все более искренней, поскольку напряжение последнего часа постепенно спадает. — Я вам очень благодарна. И кошка тоже, хотя она не может этого выразить словами.

— Вы один из покупателей особняка у озера? — Он с любопытством приподнимает бровь, а я с недоумением хмурюсь. Во всем этом хаосе я даже не заметила...

— Подождите. Это Уэйворд Холлоу? — Я указываю на землю.

— Единственный и неповторимый.