Я наблюдаю за Калебом какое-то время. Он как всегда молчит, но его лицо стало мягче. Я не вижу привычной складки между бровями и вечно хмурого выражения лица. Он выглядит почти довольным, и тут я замечаю, как его взгляд скользит к Лорен.

Это длится всего мгновение, и сразу после этого он снова устремляет взгляд на огонь с отсутствующим выражением лица.

— Думаю, он тоже влюблен, — шепчу я в ответ и нежно покусываю ее мочку уха, заставляя ее хихикнуть.

На сегодня было достаточно фотографий и вспышек фотоаппаратов, но я все равно не могу удержаться и держу телефон наготове — это настроение, это беззаботное празднование заслуживают того, чтобы их запомнили. И, судя по тому, насколько пьяны Лорен и Киран, я не уверена, что их мозги смогут это запомнить.

— Снимите себе комнату, вы двое! — кричит Киран с другой стороны костра, и мы немного отдаляемся друг от друга. Трудно держать руки подальше от нее, когда я трезв, но дайте мне пару бутылок пива, и я, вероятно, никогда больше ее не отпущу.

— Кстати, кто будет убирать после осеннего фестиваля? — с любопытством спрашивает он. — Кто-нибудь вызовется добровольцем?

К моему удивлению, Калеб вступает в разговор, чтобы ответить.

— Для этого нанимают людей.

— Правда? — спрашивает Лорен, нахмурив брови и наклонив голову в удивлении. — У них есть бюджет и на это, и на новые украшения? Вы, горожане, вкладываете в это кучу денег.

— О, вот куда идут доходы от этого, — указываю я, еще больше запутывая Лорен.

— Гарри сделал это обязательной частью бюджета, — хрипло объясняет Калеб. — В предыдущие годы волонтерам, занимавшимся декорированием, пришлось потратить полнедели на то, чтобы распутать все, что волонтеры, занимавшиеся уборкой, просто сбросили в коробки. Так что теперь он нанимает для этого компанию.

— После осенней ярмарки никто не хотел утруждаться, чтобы правильно упаковать украшения, — добавляю я. — Хотя это могло быть и потому, что Гарри настаивал на том, чтобы убрать украшения уже на следующий день, когда половина города еще не оправилась от похмелья. Он пытался подождать еще несколько недель, но тогда никто не хотел вызваться добровольцем. Так что да, он нанимает бригаду, чтобы все аккуратно убрать. Теперь мы можем сразу приступить к украшению, не повредив половину гирлянд в процессе распутывания. Это всегда приводит к задержкам.

— Этот город такой странный, — говорит Ник с некоторым восхищением. — Но мне нравится эта странность, — быстро добавляет она, и Лорен кивает в знак согласия.

— Это соответствует нашей странности, — говорит она, улыбаясь Кирану в знак молчаливой солидарности.

— О, конечно, — соглашается он и делает глоток пива. — Я не думаю, что мы могли бы выбрать лучшее место для переезда.

Ночь продолжается, и мы сидим, прижавшись друг к другу вокруг костра. Калеб каким-то образом становится самопровозглашенным стражем костра, принося дрова каждый раз, когда пламя постепенно угасает, и следя за тем, чтобы у нас было не только свечение, но и пламя.

А когда наступает два часа ночи, и зевота начинает заменять нормальные разговоры, он отправляется к озеру за водой, тушит огонь и засыпает яму песком. Просто чтобы убедиться, что мы случайно не устроим лесной пожар.

— Посмотри на себя, — невнятно произносит Лорен, а затем, явно пьяная, начинает хихикать. — Такой ответственный!

Мы развели костер между домами Ник и Лорен, и, если бы еще было светло, мы могли бы увидеть и дом Кирана, расположенный дальше по берегу озера.

— Черт, как темно, — Киран тоже звучит не совсем трезво. Мне кажется, я слышу, как он падает с бревна, на котором сидел, пока мои глаза привыкают к темноте.

Я немного навеселе, но это ничто по сравнению с тремя городскими жителями из нашей компании. Калеб наблюдает за ними с тихой улыбкой, так же как воспитательница в детском саду наблюдает за детьми, которые неумело объясняют, чем занимаются их родители.

Ник свернулась калачиком у меня под боком, пытаясь сдержать зевок в моей куртке. Тем временем Лорен вот-вот тоже соскользнет с бревна, на котором сидит.

— Вы двое в порядке? — спрашиваю я, вставая и поднимая Ник, качая головой, когда она жалобно что-то шепчет.

— Эй, милая, открой глаза.

Она делает это не охотно, но лениво улыбается, когда видит мое лицо.

— Ты такой красивый, — говорит она и поднимает руку, чтобы погладить мою щеку. Но ее прицел ужасен, и она почти попадает мне в глаз, поэтому я хватаю ее руку и держу ее в своей.

— Мы в порядке, — бормочет Лорен и пытается встать, почти сразу теряя равновесие и падает прямо в объятия Кирана.

— Все в порядке. Я тебя держу, — лениво говорит он и начинает хихикать. Затем он пытается встать, все еще держа Лорен, что не слишком хорошо получается.

— Я отвезу их домой, — говорит Калеб, и я бросаю на него обеспокоенный взгляд.

— Ты уверен? Позволь мне отвести Ник в дом, и я тебе помогу.

— Я справлюсь, — уверяет он меня.