— Черт, здесь все занято. — Я слышу знакомый легкий и мелодичный голос у входа, и не могу сдержаться. Я вытягиваю шею, чтобы выглянуть из-за растения и замечаю Ник, оставаясь незамеченным. Ее волнистые светлые волосы небрежно собраны в пучок, и мягкие пряди рассыпаются легкими волнами. Они обрамляют ее лицо, как самая красивая золотая рамка картины, от которой я не могу оторвать глаз.

Калеб бросает на меня взгляд, который говорит: «Возьми себя в руки», и я пожимаю плечами с застенчивой улыбкой.

В ней есть что-то такое, что захватывает меня.

Она пришла в мою клинику с огнем в глазах, готовая бороться за жизнь этой кошки. С тех пор, как она сунула мне в руки эту маленькую кошку и умоляла спасти ее, я постоянно думаю о ней.

Об этом оттенке грусти в ее глазах, который, кажется, постоянно присутствует в ней. О том, как она рассеянно накручивает прядь волос на палец, когда задумывается. Она — загадка, которую я хочу разгадать. Я хочу знать, как заставить печаль в ее глазах исчезнуть. На что похожи ее мягкие волосы, когда я проведу по ним пальцами, как ее губы прижмутся к моим, и…

— Генри, ты здесь? — внезапно спрашивает Калеб, сидящий рядом со мной, и я поднимаю на него взгляд. Даже Дженсен смотрит на меня с недоумением.

— Что?

— Не против поделиться своим столиком? — он кивает на Ник и Лорен, которые оглядывают кафе, пытаясь понять, кто из посетителей собирается в ближайшее время покинуть кафе, освободив место.

Плохая новость в том, что никто этого не сделает. Сейчас самый разгар дневной суеты, а это значит, что все, включая мам и бабушек, сидят здесь, чтобы заказать особое блюдо дня. Сегодня это булочки с корицей и кусочками грецких орехов — поскольку я дегустатор выпечки у Калеба, я уже знаю, что они божественны. Я также знаю, что одна из них зарезервирована для меня и ждет где-то за прилавком.

— Да, конечно, — говорю я, стараясь звучать небрежно, но, судя по его удивленному взгляду, который он бросает на меня, у меня это совершенно не получается.

— Отлично. Значит, у нас появилась компания. Идите сюда! — он машет им рукой, и, прежде чем я успеваю опомниться, они садятся напротив меня.

— В любом случае, это был не единичный случай. Я на 92 процента уверена, что в моем доме привидение, — продолжает Ник разговор, забираясь в кабинку. — Привет, Генри. Рада тебя видеть.

— Привет, Ник. Лорен, —приветствую я их обеих вежливой улыбкой. — К вашему сведению, под этим столом лежит Дженсен Эклс, и он будет выпрашивать еду.

— Знаешь, я никогда не устану от этого имени, — говорит Лорен с хихиканьем, а затем наклоняется, чтобы заглянуть под стол. — Какой красивый мальчик!

Дженсен встает из-под моих ног и подбегает к ней, чтобы получить заслуженные ласки. Тем временем я поворачиваюсь к Ник, только сейчас осознавая, что она только что сказала своей подруге.

— Подожди. Что у тебя дома? — спрашиваю я, прежде чем сделать глоток капучино.

— Привидение, — заявляет она со вздохом и убедительным кивком. — И я почти уверена, что это призрак, возможно, недовольной, а возможно, и жаждущей внимания кошки.

Я чуть не выплюнул кофе, хотя не уверен, от удивления это или от смеха.

— Разве он не был недавно построен? Как там может быть привидение?

— От этого и хуже, — стонет она и закрывает лицо руками. — Я имею в виду, если бы это был двухсотлетний особняк в викторианском стиле с паутиной и скрипучими полами — конечно, я бы этого ожидала. Я бы, наверное, купила бархатный халат, обзавелась бы роскошным подсвечником и приняла бы готический образ жизни. — Ее взгляд становится отрешенным. — Я бы проводила вечера, читая Эдгара Аллана По в коридорах и спрашивая у черепа, быть или не быть. Но на этом доме еще не успела высохнуть краска, а я уже имею дело с привидением кошки, которая царапает мои двери и сталкивает стаканы с кухонного стола.

— Так, призрачная кошка — это официальное паранормальное заключение? — спрашивает Лорен с усмешкой, затем кивает на мою собаку. — Нам нужно позвонить братьям Винчестерам.

— Уверена, это Хаос, — говорит Ник с глубоким вздохом, задумчиво глядя в окно. — Если подумать, — она поворачивается ко мне и прищуривается, — разве технически она не должна быть и твоим призраком тоже?

— Не хочу тебя разочаровывать, но единственный пугающий звук в моем доме — это пуканье этого пса, — говорю я со смешком и указываю на место под столом, где, как я полагаю, находится моя собака. Как будто поняв меня, он внезапно появляется у моей ноги и корчит гримасу, напоминающую улыбку.

— Да, ты такой, — говорю я, проводя рукой по его голове. — Такое страшное создание.

— Да ладно тебе, — насмешливо говорит Калеб, появившись у стола из ниоткуда. — Я видел хлеб, который был страшнее твоей собаки. Как у вас дела? Вы хорошо устроились?

— Ты страшнее, чем моя собака, — усмехаюсь я в ответ и улыбаюсь Дженсену, который соглашается тихонько поскуливая. Краем глаза я вижу, как Ник роется в сумке, а затем достает телефон. Она бросает на него быстрый взгляд, прежде чем смахнуть уведомление и снова прячет его в сумке.

— Генри и Ник — родители призрака. Вот как у нас дела. — Лорен хихикает и поднимает взгляд на Калеба. — Можно мне латте с тыквенными специями, пожалуйста?