Мы с Лорен нашли коробку из-под обуви и уложили его туда, положив полотенце и маленькую подушку. Все это время я просто молилась, чтобы с котенком все было в порядке. Может быть, он в порядке? То есть я не вижу крови, и у него все конечности на месте. Это все, о чем я могу судить.

Однако он продолжает кричать. Это не милые, тихие мяуканья или жалобные стоны. Нет, он кричит во всю силу, и я не знаю, почему. Его голос звучит несчастно, и в голове проносятся все самые худшие сценарии. Что, если у него внутреннее кровотечение? Или болезненная опухоль?

Мое сердце бешено колотится, руки становятся липкими, костяшки пальцев на руле поболели, в голове проносятся воспоминания о маленькой Хаос и ее жалобных стонах.

Я не могу пережить это снова. С малышом все должно быть в порядке.

Что, если он не выживет? И что, если выживет? Что вообще едят котята?

Может, у меня и полный холодильник, но что, если я случайно добавлю ему что-нибудь ядовитое?

Я перебираю в голове миллион вопросов, каждый из которых заставляет меня паниковать еще больше. Наконец, я добираюсь до центра города и ставлю машину на стоянку перед ветеринарным кабинетом Генри, смотрю на витрины и …

О нет.

Там не горит свет. Блядь. Конечно, не горит. Уже больше семи вечера. Конечно, он не работает.

— Нет, нет, нет, — бормочу я себе под нос, выскакивая из машины.

Важно соблюдать баланс между работой и личной жизнью и все такое, но мне сейчас очень нужен он и его мозги. Я спешу ко входу, прижимаюсь лицом к стеклу, но это не приводит к его волшебному появлению, что разочаровывает.

Я перевожу взгляд с моей машины на темное окно, и у меня внутри все сжимается от беспокойства, когда я слышу его голос даже через закрытую дверь машины. Что, если следующий ветеринар будет в трех часах езды отсюда? Что, если котенок не протянет так долго?

Как раз в тот момент, когда я собираюсь броситься к своей машине и отвезти его к ближайшему ветеринару скорой помощи, я замечаю маленький листок бумаги, приклеенный к дверце.

«Я не на работе. В экстренных случаях звоните мне на сотовый.»

Не успев даже осознать этого, я набираю номер и прижимаю телефон к щеке. Я беспокойно расхаживаю по тротуару, закусывая губу, и с каждым гудком посылаю молитву Вселенной.

Давай, Генри. Ответь.

— Привет.

Боже, я готова расплакаться, когда слышу его голос, и облегчение сваливает тяжесть с моих плеч.

— Генри, ты мне нужен.

— А? — Я слышу какой-то шорох, как будто он встает с дивана или что-то в этом роде, и тихое поскуливание Дженсена Эклса на заднем плане. — Ник?

— Ладно, подожди. Не так! Не в смысле «включай романтическую музыку и беги как в замедленной съемке». А в смысле «это чрезвычайная ситуация, и ты — моя единственная надежда». — Я заставляю себя сделать глубокий вдох, чтобы не потерять сознание, и говорю больше, чем позволяет мое дыхание. — Ты поверишь, если я скажу, что дух кошки принес мне котенка?

— Котенка?

— Да. Извини, я должна была начать с этого. Мне нужна твоя помощь, пожалуйста. — Я останавливаюсь и на мгновение закрываю глаза, собираясь с мыслями. — Позволь мне начать сначала: я нашла котенка под крыльцом и не могу сказать, все ли с ним в порядке, потому что он постоянно кричит. И один призрак — это уже больше, чем я могу вынести. Было бы здорово, если бы ты мог взглянуть на котенка, чтобы на моей совести не было ещё одного.

— Где ты сейчас?

— Прямо перед твоей клиникой. — Я продолжаю расхаживать взад-вперед перед зданием. — И должна сказать, что по вечерам здесь пугающе тихо. Неужели все в Уэйворд Холлоу исчезают ровно в семь вечера? С таким же успехом я могла бы оказаться на кладбище. — Я оглядываю городскую площадь и темные витрины магазинов. — Это так жутко. Как на съемочной площадке фильма ужасов. Если я превращусь в оборотня, пожалуйста, не позволяй никому стрелять в меня.

— Я уже иду, — говорит он, после чего раздается шорох, и он зовет собаку. — Но, к твоему сведению, в этом городе мы в команде Эдварда6. Так что будь осторожна.

— Это не утешает, — бормочу я, когда он вешает трубку, и быстро забираюсь обратно в свою машину.

Может, этот город и находится в дурацкой глуши, но я не собираюсь рисковать и ждать снаружи.

Внезапно раздается стук в окно, и я замечаю тень краем глаза. Я вскрикиваю. Затем меня охватывает облегчение, когда я понимаю, что это именно тот, кого я ждала. Я сразу же поворачиваюсь к маленькому существу на пассажирском сиденье и шепчу:

— Прости.

— Расслабься, — говорит Генри с улыбкой, и, как только я отпираю машину, он открывает мне дверь. — Никаких охотников на оборотней, только я.

— Не знаю, радоваться или расстраиваться, — дразню я его, подмигивая, и вылезаю из машины.

Черт, как же я рада его видеть. Тревога покидает меня, когда он берет ситуацию под свой контроль.

— Где котенок?