— Ясно, что ничегошеньки не ясно. А здесь тогда что за херня творится? Ты же сказала, что этот предмет равен по силе геройским артефактам, значит, это нечто невероятное?

— Не то слово. По крайней мере, если это на самом деле то, о чём я думаю…

— Может, не будешь томить? А то, судя по твоему тону, ничем хорошим это не сулит. Так что, знаешь ли, хотелось бы узнать об этом из твоих уст — до того, как мы наткнёмся на собственном опы… — и тут я заметил кое-что среди леса, резко остановившись. — Блять…

— Что там? — выглянув из-за моей спины, щурясь, пыталась она рассмотреть увиденное мной.

— То, что мы, собственно, и искали — сторожка лесника…

Стоит себе одиноко на краю небольшого луга. Стены, покрытые слоем лишайника и мха, уже давно потемнели из-за сырости. Крыша местами обвалилась, образуя чёрные провалы, через которые к солнцу тянуться стебли сорняков. Выбитую дверь, лежащую рядом, едва видно с этого ракурса — она покрыта всевозможными растениями, опавшими листьями, палками и грязью. Однако то ли к сожалению, то ли к счастью проход в дом всё равно прикрыт — заменой двери выступают обычные, прибитые к верху тряпки.

— Тут кто-то живёт, — тихо сообщил я, отойдя за ближайшее дерево.

— Кто?.. — столь же тихо, прячась за мной, спросила принцесса.

— Без понятия, — только договорил, как свешенная ткань зашевелилась, сразу после чего я прошипел: — Тс-с!

Из тени дома на свет вышел… мелкий, зелёный уродец.

Ростом где-то с метр. Огромная голова. Клыки, торчащие даже при закрытом рте. Острые, длинные уши и носы. Мелкие глаза с вертикальными животными зрачками, напоминающие кошачьи. Жилистые и кривые руки с ногами, что выглядят ужасно непропорционально из-за мелкого, пузатого торса, прикрытого какими-то несуразными лохмотьями.

— Гоблин, — шёпотом сообщил принцессе.

И судя по тому, что от услышанного она моментально напряглась, в отличие от большинства у неё есть осознание, насколько эти твари та ещё заноза в заднице.

Нет, сами по себе они немощные. В целом, в сражении один на один их одолеет даже обычный крестьянин, если у того будет, скажем, банальная дубина. Поэтому для кого-то вроде нас — не самого плохого воина и талантливого мага, этот одиночный гоблин не представляет абсолютно никаких проблем.

Только первая загвоздка именно в том, что он вряд ли один.

Сила гоблинов — в их количестве. Начиная с того, как быстро и производительно они плодятся, заканчивая их смертью — они всегда вместе. На протяжении всей, мать его, жизни. Очень редки случаи, когда можно встретить действительно одного гоблина — и этот случай явно не про нас, раз только что следом за ним из дома вышло ещё двое.

А вторая загвоздка в…

Их уши и носы, задёргавшись, за пару мгновений проанализировали ближайшие пару десятков метров. Через мгновение их взгляды одновременно сошлись на дереве, за которым мы прятались.

— Сука… — произнёс я, обнажив меч под разом раздавшийся с их стороны вопль.

Будь возможность — сбежал бы, не раздумывая. В сражение, из которого не факт, что выйдешь победителем, лезут только идиоты и безумцы. Я себя не отношу ни к первым, ни ко вторым. Однако это не тот случай — эти твари уже не отпустят, даже если мы развернёмся и побежим. А раз сражения не избежать…

Нужно бить первым.

Пара мгновений, и я, преодолев десяток метров, заношу меч над одним из них, пока другие оббегают меня со стороны. Чуть погодя ощущаю, как плоть и черепушка уродца с лёгкостью разрезаются, деля его голову напополам. В этот же момент его вопль прекращается, а другие двое, подпрыгнув, уже летят на меня.

Ухожу в сторону и уклоняюсь — один пролетает мимо, и его длиннющие когти едва не рассекают мне лицо, а второй, ухватившись за мою правую руку, впивается в неё зубами, прокусывая до костей.

Острая боль пробивает сознание. Адреналин в мгновение расходиться по всему телу.

Кулак левой руки разбивает лицо гоблину, но сил не хватает, и тот не отпускает. Удар повторяется из раза в раз, пока тварь наконец не сдалась. Стоило же ему достигнуть земли, как убежать он уже не успел — держась за болящий нос своими уродливыми ручонками, он умирает от меча, в одно мгновение проткнувшего его сердце.

Не сбрасывая труп с меча, сразу же оборачиваюсь на крик третьего, уже вновь летящего на меня, и совершаю мощный замах, отчего впоследствии милая зелёная полянка покрывается алым цветом, разрубленными напополам тушками гоблинов и их потроха.

Мерзкое и воняющее зрелище. Однако моё внимание привлекла единственная полученная рана — в правой руке глубокие, кровоточащие дырки от десятка мелких, но ужасно острых клыков.

Надо попросить принцессу обеззаразить и подлатать…

Сзади, со стороны сторожки, раздаётся негромкий шаг. Рефлекторно разворачиваюсь, моментально нахожу цель и, ещё не успев ничего осознать, насаживаю на меч мелкого гоблина. Точнее, детёныша. Харкнув кровью, за пару мгновений он умирает, повисая на мече.