...Завернув за очередной угол и выбив психическим ударом дверь, я откровенно замер.

Ведь догадка подтвердилась.

На все сто двадцать процентов.

Эти азиатские черты лица, путь и даже серьёзно осунувшиеся, пострадавшие, с впавшими щеками и бессознательным видом...

Пусть его лицо скрывали длинные волосы, беспорядочно ниспадающие вниз вкупе с чисто китайско-монгольской бородой... А я-то думал, почему Арлекины за все девять тысячелетий тебя не нашли, несмотря на то, что часто шарятся по Комморре и всем было ясно, что после нападения одного архонта на твой мир, ты должен был оставить в Тёмном Городе хоть какое-то упоминание о себе, хоть какую-то легенду о великом воине — ты ведь на это был способен.

Но...

Тебя по-просту поймали в ловушку, тщательно спланированную ловушку гемункулов и мандрагор, которых не поразить оружием, не имеющим психической подоплёки, да, Джагатай Хан?

***

Нынешнее время.

Даже сообщив о своей находке психическим сообщением через Дражара своей Насмешке, я не отрывал взгляда от более чем трёхметровой фигуре, повисшей на каком-то вертикальном лабораторном столе с множеством устройств с какой-то зелёной жидкостью, которая направлялась прямиком в организм примарха.

Седативное, вероятно.

Крайне мощное седативное, и судя по всему, постоянно меняющее состав под адаптирующееся тело примарха.

Но всё же... Пусть гемункулы и не вели записей, по привычке опасаясь конкурентов, и держа все данные в своих головах, я примерно могу понять, что произошло. Заманив Джагатая с помощью архонта в ловушку, группа гемункулов и мандрагор победила Хана, и решила использовать его в качестве лабораторной мыши.

Это бы объяснило, почему тут так мало мандрагор оказалось, хотя это место, учитывая Обезглавливателя, должно быть едва ли не главным их логовом.

Не восстановились ещё после визита примарха.

И всё же я опасался выдирать его из этих креплений и устройств, ведь могло быть два исхода с равной вероятностью или примарх проснётся, либо банально сдохнет. Откуда я знаю, сколько всего там с ним могли сделать гемункулы? Так что усевшись на лабораторный стол с инструментами для вскрытия, я принялся ждать свою ненаглядную, параллельно следя за обстановочкой.

Ведь уже парочка мандрагор попытались прикончить... Не меня, а примарха, когда я отвлёкся на поиски хоть какого-то хранилища информации. Но нет, ничего, что могло бы пролить свет на произошедшее с Джагатаем. Оставалось лишь положиться на оценку Инкарны, связанной с Богом Смерти. Она-то оценить его состояние сможет гораздо лучше чемпиона Цегораха, хоть и хуже чемпиона Иши, если бы такой вообще имелся в наличии...

О.

— Вау. — раздался восхищённый голос в полёте, и по тому же маршруту в помещение зашла Насмешка. — Не обманул... И впрямь сын Императора Человечества...

— Угум. — коротко киваю в подтверждение. — Можешь прозондировать, что там с его организмом? Я подозреваю кому, причём искусственную, но...

— Ты прав. — слегка перебила меня Насмешка. — Это именно она, и направленная скорее на замедление не тела, а именно что разума. И внутри него ряд имплантов, также подавляющих волю. И если мы хотим полноценно его разбудить, их нужно удалить.

— Тащим к Ише? — полюбопытствовал я, спрыгивая со стола.

— Нет... Не обязательно. — прикрыв глаза и вытянув руку вперёд, покачала головой Убийственная Насмешка. — Его организм инстинктивно отторгает их импланты и стремится вернуться к идеалу. Тем более проникновение не сильное... Мы можем вытащить его самим сейчас, но он пострадает сильнее и восстанавливаться будет дольше... Либо лично госпожу Ишу нужно сюда приглашать.

— Хм-м. — задумчиво постучал я по подбородку маски. — Первое. Я не настолько идиот, чтобы тащить в Комморру освобождённую богиню, даже если она благосклонно отнесётся к помощи человеку. Плюс, при всём моём уважении к конкретно этому представителю людского рода, бывшему на редкость адекватным по меркам его сумасшедшей семейки, сейчас активный примарх лишь взбудоражит Тёмных Богов.

— Тогда помоги с парой моментов, прежде чем я смогу нормально пробудить его спящий разум...

***

Позднее.

Джагатай Хан, Великий Хан.

Блаженный и спокойный сон Сына Степей продолжался уже очень-очень долгое время.

Уроженец Чогориса чувствовал себя так, будто скакал на скакуне по бесконечной степи, не знающей конца и края. Спокойной, на фоне заката, вызывающего лишь лёгкую улыбку, и под ветром, что сопровождал скоростную скачку. Такую приятную, такую привычную, такую, от которой он не хотел отказываться спустя сотни лет бесконечных боёв с врагами Империума, коих не было конца и края.

Но...

В один момент эта бесконечная степь принялась обрастать крутыми горами, прерывающими всё удовольствие от процесса и тех наполовину меланхоличных мыслей, что преследовали Сына Степей.