— На всякий случай скажу. Этот флот пиратов — последний, который мы провоцируем. Пора пускать слухи о том, что мы ищем артефакт Иши... И здесь нам понадобится твоя помощь, так что молчаливости тебе придётся изменить... — протянул я, наблюдая, как слегка нахмуривается поражённое красной болячкой лицо древней эльдарки.

Ну а что поделать? Её молчаливость стала известна даже среди наших, ха-ха, коллег.

Так что они в любом случае обратят внимание на её слова, и воспримут всерьёз. Это мы несмотря на всю бесячесть, были относительными новичками... Эта же жительница Лугганата им известна уже столетия, нет, даже тысячелетия.

Ху-у-у...

Откинувшись на спинку, я довольно усмехнулся.

Наконец-то можно перестать резать людей — остатки моей морали буквально вопят от радости, хе...

memes:

Интерлюдия. Иврейн Безжалостная.

Прим. автора: следующая прода в 7.03. в 00:00 по МСК. На Бусти +2 главы как обычно.

822.M37. Тридцать седьмой Миллениум.

Сегментум Обскурус. Корсарский флагман «Ланатриэль».

Около суток спустя.

Иврейн, ныне более известная как Амарок.

Иврейн была в ярости.

Нет, не так. Она была в ярости.

Едва ли не впервые её серия удачных налётов была прервана, заставляя скрежетать зубами.

Ей и раньше уже высказывали претензии, несмотря на все удачливые налёты — ибо идиоты почему-то считали, что она лишь... Играет роль корсара, никогда не отдаваясь этому по-настоящему. Тьфу. Знали бы эти глупцы, как их речи похожи на возмущения корабельников и их бредовые эфемерные фразочки об истине, судьбе, самоотдаче и прочем подобном — тех самых корабельников, которых корсары так не любили за беззубость и нежелание рисковать лишний раз.

— Гр-р-р-р... — едва слышимое, почти неразличимое рычание как раз и прорвалось сквозь её губы, позволяя им насладиться тем, кто стоял рядомю

Однако от этого они лишь только сильнее вспотели, будучи личной охраной самой Иврейн, нынче известной среди корсаров как Амарок — Безжалостная. Было довольно сложно получить этот титул в сваре головорезов и убийц, которыми являются пираты.

Но для той, кто шла по Пути Воина, а потом и вовсе перешла на Путь Ведьмы, это не было невозможным — хотя и пришлось основательно рассмотреть свою новую маску. Одну из тех масок, которые она выбирала во время отыгрывания очередной своей роли. Было в этом нечто... Театральное, хотя в Арлекины она подаваться ещё не планировала — оттуда, говорят, нет выхода, а эльдарка ещё не пресытилась различными ролями.

Может во время завершения всех гештальтов... Но явно не сейчас.

— Это бы опять Проклятые. — коротко прокомментировал ситуацию один из корсарских капитанов её флота, Вилат.

— Я без тебя знаю, Арвуйн!.. — яростно шикнула на него Амарок, рассматривая психическую карту планеты, и после небольшой вспышки ярости тут же успокаиваясь. — Лучше бы сказал, что мы будем делать... Хм-м-м...

— А что делать? — с каким-то особым меланхолизмом подал голос ещё один капитан, также явившийся на совет всего флота. — Многие пытались поймать их и уничтожить. Но они ускользали, подобно извивающейся и скользящей меж пальцев змейке. Проклятые на то и проклятые, что служат проклятьем всем корсарам.

— У них точно нет Провидца в группе? — вслух полюбопытствовала Иврейн, выводя вместо карты планеты — структурированное голографическое изображение тройки аэльдари. — Например, руководство Лугганата?

В конце-концов, она сама ступала по Пути Провидца в своё время, который для женщин назывался как раз Путём Ведьмы. И прекрасно понимала, что без мощных пророческих умений невозможно столько раз опережать коллег по налётам, при этом выбирая точно те же цели, что и они.

Право слово, не в шпионов же верить? Всех таких она знает, и лишь скармливает им дезу.

— Не, старикашка слишком ценит свой мир и то, какие средства ему приносят корсары, базируясь на Лугганате. — отрицательно махнул ещё один капитан, не подозревающий о мыслях своего командира. — Конечно, с учётом того что эта парочка у него была пару десятилетий назад в гостях, ему не сразу поверили... Но доказать он смог — гад сделал голографическую запись разговора, которую подделать... Ну да вряд-ли кто так сможет. Может только какой-нибудь бог, ха!

Остальные поддержали его едва заметными улыбками — мало кто здесь уважал божеств, и едва ли исключениями служили даже Кхейн и Цегорах, ныне вполне живые... В каком-то смысле.

— И так, что мы имеем... Охреневшую троицу, что уже как двадцать циклов терроризирует всех корсаров, нападая на выбранные ими цели раньше их самих... — вновь тихим шёпотом начала Иврейн, заставляя остальных едва-едва побледнеть.

Ведь они знали, что их предводительница порой склонна к вспышкам ярости, которые сменяются эдаким штилем спокойствия на некоторое время.