– Какое сведем! Ты ошалела, старая? Да бабушка нашей Таськи в гробу перевернется, если узнает, под кого ты собралась ее внучку подкладывать! И кстати… Ты ж замужем, Тась?

– Нет уже… Развелась.

– О-о-о-о… Без прицепа? Или с прицепом приехала?

Сначала Тася даже не поняла, про что они.

А потом вспыхнула.

– Без.

– А это зря. Был бы ребеночек, мож, и не развелись.

– Ой, все. – Тася все еще держалась и улыбалась. – Давайте посчитайте мне, сколько я должна, и я пошла.

Чуть позже Тася вышла полоть грядки.

Небольшая лопатка, которой она выковыривала сорняки, замерла в руках у Таси, когда у соседского забора заурчал двигатель. Через сетку-рабицу все было предательски видно. Черный внедорожник остановился у соседского дома. Внутрь не заехал. Дверь почти сразу же распахнулась, и на землю, поднимая чуток пыли, спрыгнул сосед.

Собственной персоной.

Ему там еще не икалось сегодня?

Тася не планировала на него смотреть. Честное слово. Так вышло.

Черные джинсы, плотно облегающие длинные ноги. Простая белая футболка, но что-то подсказывало Тасе, что брендовая. И которая довольно-таки неприлично для мужчины, что вел закрытый образ жизни и не стремился акцентировать на себе внимание, прилипла к торсу. А торс-то ничего так. Наверняка с кубиками.

Тася негромко вдохнула-выдохнула. Н-да, колоритный, мать его, товарищ.

Он провел рукой по волосам, кстати, с проседью на висках, нахмурился. А потом повернул голову в ее сторону, точно почувствовал ее взгляд.

Тася шарахнулась в сторону, спрятавшись за небольшой выступ крыльца. И смех, и грех! Кто ее сейчас увидит…

Сердце колотилось так, будто она стометровку на скорость сдавала, а не просто подсматривала за соседом.

Через щель в досках она видела, как он медленно обвел улицу взглядом, задержался на ее заборе...

Потом развернулся и вошел в калитку.

Вот и славненько. А она пойдет дальше работать. Тася переместилась на другую часть огорода. Денек выдавался нежарким, можно подольше поковыряться в земле. Тем более ничто так не проветривает голову, как трудотерапия.

Оказывается, этот участок огорода отлично просматривался от соседнего. Если быть точной, со второго этажа. Где сейчас, собственно, стоял тот самый сосед без имени-фамилии, скрестив руки на груди.

И наблюдал за ней. Да-да, наблюдал. Как она «раком», точнее, попой кверху...

Замечательно. Просто великолепно.

Тася выдохнула и медленно распрямилась.

– Позор, – прошептала она в небо. – Позорище.

А потом фыркнула. Это она на своей территории, между прочим! И это за ней сталкерили!

Ну ладно, может, не сталкерили. Так… наблюдали. Тогда почему щеки пылают, как у девчонки-малолетки?

Черт. Черт.

И почему этот сосед, спрашивается, такой заметный!

И думать про него вроде бы пока как бы нельзя.

Нельзя, правда же?

А думалось…

От вечерней прогулки Тася снова отказалась. От греха подальше.

Что-то некоторых стало очень много. А она к такому повороту не готова.

А ночью случилась беда.

глава 3

ГЛАВА 3

От Влада уже несколько дней не было известий. А значит, чего-то стоило ждать.

Она долго ворочалась, потом, наконец, уснула. Только-только провалилась в сон, и ее оттуда безжалостно выдернули пьяные крики.

Тася открыла глаза.

– Что за…

Она не успела договорить фразу, послышался звук разбивающегося стекла.

– Мама, не надо! Не надо…

Тася подорвалась с кровати. Кричал Васька. Сердце сжалось от жалости и тревоги.

Крики шли по нарастающей. К ним еще прибавилась от отборная матерщина.

Отец Васька напился и снова гонял своих.

– Да заткнись ты!..

Мужской ор было слышно даже через закрытые окна. Тася вскочила с кровати и начала быстро одеваться. Пофиг… Она не останется в стороне. Через минуту она уже бежала по дому. Дальше коридор, лестница. И дверь. Холодный ночной воздух, оповещающий о том, что уже совсем скоро осень – настоящая, холодная, – неприятно обжег щеку.

Она успела вовремя. Потому что навстречу ей уже несся Васька. На нем, кроме трусиков, ничего не было.

– Тася…

Он врезался в нее, вцепился. Тася подхватила ребенка на руки, готовая при необходимости закрыть его собой.

Она действовала чисто на инстинктах.

Разбираться с остальным будет потом…

Сейчас главное – увести ребенка…

Сердце стучало не в груди – где-то в ушах. Пульс шпарил с бешеной скоростью.

За Васькой на улицу прямо в одних носках вылетел его отец. Сергей. Тася его тоже когда-то знала, и вроде неплохой парень был. Но где-то свернул не туда… Или просто некоторым нельзя пить.

– Щас я тебя, говнюка…

В руках у молодого мужика был ремень.

У Таси подкосились ноги.

Надо уходить! В дом! Потом уже будет разбираться. И, кажется, на улицу вышла не только она. Еще кто-то из соседей.

Но она стояла, глядя на то, как к ней приближается большой пьяный мужик.

– Сережа, стой…

За его спиной появилась мама Васи.