– Нет! Нет-нет… Все не так просто. Сейчас я ничего не стану объяснять, чтобы не навредить учебному процессу!

Секунда замешательства, если она не почудилась мне, миновала. Наставник вскинул подбородок и прошествовал вперед, всем видом напоминая, что это он ведет меня за собой, а не наоборот.

Старушка-кастелянша, мирно вязавшая чулок за прилавком, при взгляде на магистра медленно отложила спицы и опасливо приподнялась.

– Магистр Кроу! – Она расплылась в улыбке. – Какая неожиданность! Что вас привело в наш тихий уголок?

– Что меня привело? – Наставник вскинул бровь. – Дайте-ка подумать, Эмма!

Он выдвинул меня вперед, взял за плечи, будто некое учебное пособие, и для наглядности указал на подол платья с марширующими пауками.

– Ах, какая милая вышивка! – проворковала старушка нежнейшим голосом. – Золотые ручки у вашей ученицы. Просто золотые!

– У нее золотые, не спорю, – мрачно изрек магистр. – А у вас… как бы это лучше выразиться. Проворные? Пожалуй, да. Ведь они так ловко пристроили не по назначению форму хаосмагического факультета.

Эмма замахала руками, точно отбивалась от роя докучливых мошек. Потом прижала ладони к груди.

– Да что вы такое говорите! Ах, даже сердце защемило!

– Сердце слева, – сдержанно поправил ее наставник.

Кастелянша торопливо переместила ладони левее, но сделалось очевидно, что номер не прокатит, поэтому она вздохнула, досадливо почесала макушку и пожала плечами.

– Эта форма сто лет никому не была нужна. А между прочим, добротная, сносу ей нет. Чего ей зря лежать? Да я не ради себя – ради людей!

– Верю, верю.

– На благотворительность!

– Угу.

– Сиротам!

– Конечно!

– Но кое-что еще осталось… – с тяжким вздохом признала старушка.

Она направилась к стеллажам, занятым комплектами формы с видом: «Ну какие все-таки неприятные люди!»

– Я вам помогу! – сказал магистр Кроу.

Стопка одежды в моих руках все росла. Отыскалось и новехонькое, с иголочки, форменное платье, и теплая накидка. И – о, чудо! – два набора женской спортивной формы с символом хаосмагического факультета. Рубашка, короткий плащ с капюшоном, черные сапоги на шнуровке, перчатки, берет и форма для практических занятий – со специальными огнеупорными рукавами. Я едва удерживала это богатство, водрузив подбородок на вершину башни из одежды.

– Что-то еще? – Магистр Кроу, прищурившись, смотрел на добытое добро, как на отобранное у дракона сокровище.

– Больше ничего нет! – забывшись, рявкнул дракон.

– Нитки. И сумку, – робко попросила я.

– Ах да! И жетон в прачечную для студентки Лир!

Старушка мстительно выдала мне сумку размером в половину меня, но я не расстроилась. Как раз все учебники поместятся, а сейчас будет в чем тащить форму.

Магистр Кроу закинул сумку себе на плечо, несмотря на мои деликатные возражения, намекающие на почтенный возраст наставника. Почему-то он очень развеселился и сказал: «Спасибо за заботу, студентка Лир, но я не настолько немощен, каким выгляжу в твоих глазах!»

– Быстро переодевайся и беги на занятие!

Я вытряхнула одежду на кровать. Посмотрела на новехонькое платье. Потом на старое с пауками. И не стала переодеваться. У залатанного платья есть индивидуальность. Мы с моими пауками уже поладили!

Глава 17

Постепенно я привыкала к новой жизни. К комнатушке, ставшей моим домом. К заросшему парку за окном и солнцу, что все еще светило в окна по утрам, хотя с каждым днем погода все сильнее портилась и осень вступала в свои права.

Листья с деревьев облетели и теперь устилали землю ковром такого яркого желтого цвета, что он казался расплавленным золотом. Однако пройдет совсем немного времени, и листья побуреют, размокнут, и парк затаится, готовясь уснуть на зиму.

Расписание меня больше не пугало. Оказывается, за один день можно успеть многое, если постараться: и тренировку на полигоне, и лекции в центральном корпусе, и медитации с магистром Кроу. Стало слишком свежо и сыро, чтобы проводить их на опушке парка, теперь мы устраивались в заброшенном актовом зале учебного корпуса на темной половине. Стулья громоздились вдоль стен, с потолка осыпались чешуйки штукатурки, и каждый раз приходилось подметать пол, чтобы не испачкаться.

Я все ждала, когда же мы перейдем от медитаций к изучению магии хаоса или хотя бы начнем говорить о ней, но магистр Кроу не торопился.

– Всему свое время, – сказал он в один из дней, когда, приоткрыв глаза, натолкнулся на мой горящий и нетерпеливый взгляд.

В тот момент я была далека от погружения в себя. Вот уже полчаса я злилась, что чувства парения, или падения, как не было, так и нет.

Может, я не настоящий маг хаоса? Ни мама, ни папа не учились в Академии. Что если магия в моей крови сделалась совсем жиденькой, как вода, и дар никогда не проснется?