— Сделай глубокий вдох, Уинни. Я едва могу тебя понять. Что значит «ты видела монстра»? В школе? Тебя кто-то обижает? К тебе пристают?

Она была очень чувствительным ребёнком. Когда Уинни говорила «монстр», это могло означать миллион разных вещей.

— Я сегодня осталась дома, потому что неважно себя чувствую. Бабушка хотела вызвать врача, но это просто проблемы с желудком. Я сказала, что мне станет лучше, если я посплю, — Уинни сделала глубокий вдох и громко шмыгнула носом мне в ухо. — Я проспала почти всё утро. Кажется, у меня жар. Я проснулась и была вся потная. — Её голос дрожал, и я отчётливо представляла себе её бледное лицо, хотя и не могла его видеть. — В моей комнате был монстр. Кто-то стоял надо мной, когда я проснулась.

Уинни продолжала всхлипывать, а я нахмурилась.

— Кто-то был в твоей комнате? Кто-то из персонала? Ты удивилась, увидев их, и они тебя напугали? — Мне было трудно понять смысл её торопливых слов.

— Это был не персонал. И не бабушка. Это был страшный монстр. Я знаю, что я видела! — Уинни всхлипывала так громко, что я боялась, как бы она не потеряла сознание.

— Может, у тебя слишком высокая температура, и это вызвало галлюцинации. Если тебя тошнит, ты, скорее всего, мало ела и обезвожена. Я вернусь в Бухту, как только смогу, чтобы позаботиться о тебе. Хорошо?

— Дело не в этом. Бабушка сказала то же самое. Только теперь она говорит, что хочет поместить меня в больницу. Она сказала, что у меня испорченная кровь и я всегда буду сходить с ума. Прямо как моя мама. Она мне не поверила.

— К чёрту её. — Я не смогла сдержать резких слов. Я прислонилась к стойке в ванной и попыталась успокоить Уинни. — Допустим, ты действительно видела монстра. Как он выглядел? Давай подумаем, что ещё это могло быть. Не волнуйся на счёт бабушки. Твой дядя не позволит ей ничего с тобой делать без его разрешения.

Уинни втянула воздух сквозь зубы.

— Это было похоже на человека. Человека с расплавленным лицом.

— Расплавленным? — Я не могла представить, что она описывает.

— Я говорю серьёзно. Он выглядел как обычный человек, но его лицо было... расплавлено. Я не могу придумать, как ещё это объяснить.

— Что делал этот монстр? — Я не хотела подпитывать её слишком активное воображение, но её дыхание выравнивалось, и она, казалось, успокаивалась, чем больше вопросов я ей задавала.

— Ничего. Он просто стоял в моей комнате. Наблюдал за мной. Я закричала, когда поняла, что не одна. Монстр убежал, когда заметил, что я проснулась. Тут же прибежала охрана дяди Вина, но они сказали, что никого не видели в коридоре. Бабушка заставила их проверить камеры наблюдения в других частях дома, где есть видеонаблюдение. Но там ничего не было. Бабушка действительно считает, что со мной что-то не так. Неужели я в конце концов причиню вред своей семье, как это сделала мама?

Теперь мне хотелось плакать.

— Нет. Конечно нет. У тебя есть я и твой дядя. Мы не позволим, чтобы с тобой или твоими близкими что-то случилось. Мы оба сожалеем, что не смогли помочь твоим родителям и не можем их подвести. Мы всегда будем делать всё, что в наших силах, чтобы защитить тебя. Мы с Вином можем сами о себе позаботиться. — Я добавила ещё одну вещь к списку причин, из-за которых злилась на Вина. Он оставил Уинни наедине с его матерью. Она была наименее эффективной сиделкой, с которой я когда-либо сталкивалась. — Мне плевать, что говорит Честер, я установлю камеры. Если мы заснимем твоего монстра на плёнку, никто больше не будет сомневаться ни в ком из нас.

— Я всё ещё боюсь.

Я понятия не имела, что увидела девочка, но её страх был ощутимым.

— Позвоню экономке твоего дяди и попрошу её посидеть с тобой. Иди спать в его комнату. Я отправлюсь в Бухту как можно скорее. Это займёт пару часов.

Я собиралась позвонить Вину и попросить его, чтобы служба безопасности прочесала поместье с особой тщательностью. Я не верила в воображаемых монстров, но нельзя было отрицать, что их человеческие разновидности слишком реальны. Колетт Холлидей была ярким примером. Я понятия не имела, что видела Уинни, но не сомневалась, что в её комнате, пока она спала, что-то притаилось. Точно так же не сомневалась, что Колетт делала всё возможное, чтобы довести Уиллоу до безумия.

Уинни перестала плакать. В её голосе прозвучала усталость, когда она вскользь спросила:

— А ты не можешь просто взять вертолёт и вернуться домой?

Я моргнула, глядя на своё отражение, и попытался собрать воедино смысл её необычного вопроса.

— Вертолёт? Ты хочешь, чтобы я полетела в Бухту, а не поехала на поезде? — Дорога не заняла бы много времени, зачем кому-то понадобилось лететь на такое короткое расстояние?

Моя племянница была искренне озадачена, когда ответила: