Входная дверь открыта, когда я прибываю, и я вхожу без стука; этот маленький нюанс заставляет меня чувствовать себя немного более желанной гостьей, чем раньше. Ари стоит по ту сторону стола, Риш с одной стороны, Кишек — с другой. Генерал нависает над толстой стопкой бумаг, свирепо глядя вниз с торца стола; костяшки его пальцев побелели от того, как сильно он сжимает края столешницы. По крайней мере, на этот раз его хмурый взгляд направлен не на меня.

— Доброе утро, — сияет Ари и обегает стол, чтобы поприветствовать меня.

Кишек и Риш переглядываются с усмешкой, когда поднимают головы и замечают, как я вхожу в дверь.

— Доброе утро. Что всё это? — спрашиваю я, указывая на бумаги, разложенные под руками генерала.

— Планы сражения, — говорит он, и я морщусь, когда он поворачивается, чтобы встретиться со мной взглядом.

Синяк хуже, чем я ожидала. Но его заявление о войне быстро затмевает стыд, который я чувствую за то, что оставила этот след. Я делаю шаг к столу, и внутри всё сжимается.

— Планы сражения за что? — спрашиваю я с замиранием сердца.

— Он имеет в виду планы маскарада, — хихикает Ари.

Я пытаюсь рассмеяться вместе с ней, но когда звук получается таким же нервным, как я себя чувствую, я вместо этого прочищаю горло. Конечно, они не пригласили бы меня в комнату, где обсуждают войну.

— Я слышал, тебе удалось достать Зейвиана прошлой ночью, когда он пошел за тобой в лес, — говорит Риш. Мой взгляд метнулся к нему, но я обнаруживаю лишь широкую улыбку и блеск в глазах.

Я поворачиваюсь, чтобы оценить генерала, гадая, что еще он им рассказал.

— Так вот что вы слышали? — спрашиваю я, чуть более весело, чем следовало. — А у меня сложилось впечатление, что я упала в неглубокую яму. Как это обычно делают беспомощные девицы.

— Я же говорил, у твоего дяди было бы слишком много вопросов, — говорит генерал.

Я пожимаю плечами, делая вид, что меня совершенно не волнует, что его друзьям рассказали его версию событий, и абсолютно не уверена, насколько эта история отличается от той, которую рассказала бы я.

— Я просто удивлена, что ты захотел, чтобы твои друзья знали, что за это ответственна я, — я жестом указываю на синяк.

— Меня застали врасплох. Этого больше не повторится, — он говорит это так буднично, возвращаясь к бумагам на столе, что мне хочется показать ему, как легко это может повториться.

— Я не так уверен, Зей. Она выглядит так, словно собирается доказать тебе обратное, — говорит Риш с другой стороны стола, и я беру лицо под контроль под его раздражающе веселым взглядом.

На моем лице застывает хорошо отрепетированное безразличие к тому времени, когда генерал поднимает голову, чтобы посмотреть, о чем он говорит. Я опускаю взгляд на бумаги, разбросанные по столу. Вероятно, к лучшему, если воспоминания о прошлой ночи исчезнут вместе со следом под глазом генерала. Убежденность в том, что я, по крайней мере, могу защитить себя — это то, что я предпочла бы сохранить в тайне до тех пор, пока мне не понадобятся эти навыки. Я в какой-то мере потеряю преимущество внезапности, если дело до этого дойдет.

Я раскладываю бумаги под пальцами: на каждом листе чернильный набросок каждого аспекта, из которых, как я представляю, состоит вечеринка. О многом я бы даже не подумала. Цветочные композиции, сезонные цветы, варианты ваз для них, цветовые схемы, вкусы тортов, размеры и формы.

— У вас есть пекарь, который может сделать торт в виде лебедя? — мои брови взлетают вверх от недоверия.

— Есть, — тепло говорит Ари. — Хотя я думаю, что лебедь немного не в тему. Ты так не считаешь?

— Считаю, — отвечаю я, внезапно осознавая, что у нее будет подобный вопрос к каждой бумажке на столе, и не все они будут такими простыми.

Мы проводим день, разбирая несколько умопомрачительно скучных деталей вечеринки. Она спрашивает мое мнение обо всём, и, хотя я уверена, что выставляю себя полной дурой своими ответами, она ни разу не подает виду. Вопреки моим предположениям, я действительно нахожу выгоду в том, что согласилась помочь с планированием. Подобно тому, как Филиас нанимает людей для выращивания цветов, Ари составила список фейнов с различными дарами, которые будут помогать с мероприятием. Я запоминаю каждое имя и дар, с которым они родились. Чем больше я знаю об их способностях, тем лучше.

Риш и Кишек пытаются вставлять свои замечания в течение дня, и Ари благодарит их, одновременно полностью, но вежливо пресекая их попытки. Не знаю, как она это делает. Они совсем сдаются после позднего ланча и исчезают в направлении конюшен, чтобы потренироваться в спарринге просив друг друга. Если раньше я думала, что ненавижу планирование вечеринок, то сидеть за этим занятием под звон стали почти невыносимо.