Нула бросила мне многозначительную улыбку, словно раскусила меня. И ладно… может, я действительно чуть-чуть воспользовалась моментом, чтобы быть ближе к Рису. Но кто мог меня винить? Я никогда так не тянулась ни к одному парню. И хотя раньше я сомневалась, то теперь нет. Не с тем, как он держал меня прижатой к себе. Он был так же заинтересован в этом, как и я.

Дерек поймал мой взгляд, на лице у него мелькнуло какое-то беспокойство, и я задумалась, не поступаю ли жестоко, сама того не осознавая. Мне искренне нравился Рис, но он переживал трудный период из-за развода родителей. Может, не стоило усложнять ему жизнь, когда у него и так всё тяжело. Но мне было так трудно держаться от него подальше. Я была как мотылёк, который кружит вокруг лампочки всякий раз, когда мы оказываемся в одной комнате, не в силах не тянуться к свету.

Эйдан сделал ещё несколько попыток поймать меня: обходил нас по широкой дуге, пытаясь подплыть сзади. Но Рис всё видел наперёд — легко разворачивал меня, перенося через воду, а я лишь сильнее вцеплялась в него. Каждый раз, когда моя грудь прижималась к его спине, по телу пробегал острый трепет. Кожа покалывала там, где мы соприкасались. Соски затвердели, и я задумалась, чувствует ли он, как они упираются ему в спину.

В конце концов все начали выбираться из бассейна. Нула объявила, что заказывает пиццу, и что нам нужно подняться, чтобы выбрать начинки. Эйдан попытался пересидеть нас, но моя выдержка оказалась крепче, а перспектива еды победила. Он бросил на меня странный, поражённый взгляд, словно, наконец, понял, что я в нём не заинтересована.

Он вышел из бассейна, а я облегчённо выдохнула.

Я уже собиралась отпустить Риса, как вдруг осознала: в бассейне остались только мы двое.

Мы были одни. И моё сердце сорвалось в бешеный галоп.

11. ЧАРЛИ

11. ЧАРЛИ

— Думаю, теперь ты можешь отпустить, — тихо сказал Рис, вырывая меня из оцепенения.

Я ведь действительно таращилась.

Никогда раньше я не замечала, насколько сексуальной может быть шея парня, но шея Риса меня просто зачаровала. То, как она двигается, когда он сглатывает, или как напрягается линия челюсти, когда моя ладонь лежит у него на ключице. Я тоже действую на него так же сильно, как он на меня?

Наконец, я разжала руки и отплыла на небольшое расстояние.

— Спасибо, что защитили меня от Эйдана, благородный сэр, — сказала я, наигранно хлопая ресницами, хотя голос был слишком хриплым и выдавал, как я взвинчена. Наверное, всё дело в прикосновениях. Я не привыкла к такому количеству контакта — тем более с человеком, который мне нравится.

Рис молча кивнул, проводя рукой по мокрым волосам. Прядь всё ещё липла ко лбу, и я, поддавшись импульсу, подплыла ближе и пригладила её. Рис вопросительно поднял бровь, и я вспыхнула. Его взгляд скользнул по мне, задержавшись на моей груди. Купальник был тесным, приподнимал и сжимал её так, что Риса, похоже, это слегка загипнотизировало.

Я начала улыбаться, и его глаза резко поднялись к моим. Теперь уже он вспыхнул.

— Увидел что-то, что тебе нравится?

— Я не… э… то есть, ладно, да. Да, увидел. Прости, что пялился.

— Всё в порядке. Мне не мешает, — сказала я, и что-то вроде удивления мелькнуло на его лице.

Несколько долгих секунд мы молчали, напряжение сгущалось между нами, пока он не почесал челюсть.

— Наверное, нам стоит подняться наверх.

Он уже двинулся к бортику, чтобы выбраться, когда я сказала:

— Подожди.

Рис оглянулся. Я подплыла к нему и потянула пальцами мокрую ткань его футболки.

— Почему ты в этом?

Его лицо потемнело.

— Я… не особо люблю ходить без футболки.

Моё сердце сжалось. То, что у него настолько низкая самооценка при том, что он такой красивый — уму непостижимо.

— Очень жаль. А я надеялась немного полюбоваться.

Рис тихо усмехнулся. — Уверяю тебя, там не на что смотреть.

Я подплыла ещё ближе, мои губы были в сантиметре от его щеки, когда я прошептала: — Это мне решать.

И со флиртующей улыбкой уплыла к бортику и выбралась из бассейна. Я не оглядывалась, но буквально чувствовала на себе его взгляд, пока поднималась, вода струилась по моему телу. Я взяла одно из оставшихся чистых полотенец, что оставил Дерек, и завернулась, потом подняла ещё одно для Риса. Он уже вышел, его футболка была мокрой и облепляла его.

— Вот, — мягко сказала я, протягивая ему полотенце.

— Спасибо. — На его лице мелькнула лёгкая неуверенность, пока он промакивал кончики волос. Я стояла, не желая уходить наверх, мне слишком нравилось быть с ним наедине. Между нами тёплое, тягучее напряжение. Он ведь тоже это чувствовал?