И в этот миг я перетасовал свои нейроны и вклинился в рассредоточенную систему хозяев-Флотулумов. Я увидел их программы. Увидел, как их тельца производят химикалии, растворяющие оболочки человеческих клеток. Увидел, как они вводят в клетки нанотехнологические вирусы и меняют человеческое ДНК. Минуту назад то же самое я проделал с омаром.

Я — Флотулум.

Я вернулся в лачугу, держа в когтях вырывающегося омара. Оказалось, он не совсем мёртвый.

Заметив пищу, Куффи вытаращила глаза и кинулась прямо с тюфяка к двери, где я стоял, демонстрируя Бабуле свою добычу. Девочка обхватила меня за ноги тонкими ручонками. Она словно бы не замечала, что из моей спины прорезаются плавники, что на моих конечностях появились бороздки, выдающие, где растут новые суставы, что моя плоть дюйм за дюймом зарастает чёрной коркой.

— Спасибо, Рэйзел! — пропищала Куффи.

Мои фильтровальные отверстия раздулись и заполнили всё существо ароматом Куффи. Я вплёл ей в волосы жгутики, что свисали с моих пальцев.

Бабуля швырнула омара в кипящую воду и он засвиристел. Куффи отпустила меня, захлопала в ладоши и запрыгала от радости. Клацала поднимающаяся и опускающаяся заслонка воздуховодного отверстия, выпускающая дым и удерживающая Флотулумов снаружи. Но сейчас Флотулум уже находился внутри лачуги.

Сможет ли мясо омара заразить Бабулю и Куффи? Я бы заразил их без труда, до полного подчинения Флотулумам. Всё, что требовалось сделать — то же самое, что и с омаром. Если я вопьюсь когтями в Бабулю и Куффи, они тоже заразятся нанотехнологическими устройствами хозяев. Мы навсегда останемся вместе.

Бабуля, как видно, всегда читающая мои мысли, произнесла: — Рэйзел, забери меня, если должен, но оставь девочку чистой. Она всего-навсего дитя.

Я — Флотулум.

Я мог бы любого обратить в свою паству.

Бабуля разломала на тарелке панцирь омара. Взяла кусочек, поднесла к губам. Мясо заколыхалось, стало студенистой каплей белой отравы, пульсирующей голубым светом флотулумских нановирусов.

— Помни, Рэйзел, — сказала Бабуля, — ты — всё ещё человек.

В голове я услышал жужжание. Осталось во мне хоть что-нибудь от Рэйзела-человека? Если да, то сумеет ли Рэйзел — остаток Рэйзела-человека — заразить тварей, созданных Флотулумами? В крови у меня были флотулумские устройства, способные ввести человеческую ДНК тем тварям прямо в клетки. Возможно, я смогу изменить или даже уничтожить достаточно хозяев, чтобы спасти девочку и Бабулю.

Но я — Флотулум. И мне не хотелось оставаться в одиночестве, без Бабули — единственной моей семьи и единственного друга.

— Ты же человек, — выплюнула она.

И снова в голове зажужжало. Я сражался с тем, в кого превращаюсь.

Мне была нужна чистая человеческая кровь, причём, целая уйма. Как же раздобыть столько крови, чтобы заразить миллионы тварей?

— Не ешь этого омара, Бабуля, — сказал я.

— Почему?

— Потому.

Она выронила мясо.

— В чём дело, Рэйзел?

— Ты мне веришь? — спросил я.

Она кивнула. Да.

Вот и всё, что требовалось. Несмотря на то, кем я стал, Бабуля ещё любила меня. Мы — семья. Я воткнул остриё когтя в яремную вену Куффи, та завопила и заколотила меня кулачками, но мои конечности крепко прижимали её к полу. Я выкачал достаточно крови, чтобы производить человеческую ДНК в своих собственных клетках и постарался не ввести мою осквернённую кровь в тело девочки. Искушение было велико и хозяева вопили на меня изнутри, чтобы я забрал девочку и сделал её одной из нас. Но я противился им.

Кровь Куффи журчала по моим артериям, сердце закачивало её в вены. Кожа девочки уже не напоминала персиковую пастель. Она выцвела до бледности, как омар на бабулиной тарелке. Куффи доползла до тюфяка, уткнулась лицом в сгиб локтя и захныкала.

Бабуля поцеловала чёрную корку на моей щеке. Я отступил к двери.

— Бабуль, я же Флотулум,

— Нет, — ответила она, — ты Рэйзел.

В последний раз я глянул на неё, а затем покинул лачугу, сознавая, что уже не вернусь. Нелегко было оставлять Песчаную Косу, где я вырос и провёл всю жизнь.

На своих ходулях я прочавкал по сырому песку до твёрдого бетона.

Дотащился мимо стального небоскрёба к иннсмутской Старой площади.

Ко мне подтягивались медузы. Хвосты с голубыми фонариками-приманками, внутри студенистых сгустков — кровяные сумки. Полукристаллическая жижа, облака заразы, кислотные пузыри и вздутия. А ещё останки тех, каким я когда-то был: проклятые души, которые пытались избежать заражения Флотулумами, но не сумели устоять. Помеси проголодались.

Я вонзил когти в медуз и ввёл в их кровяные сумки чистую человеческую ДНК, которую производили мои клетки. Мне потребовалось полностью сосредоточиться, чтобы вливать всё больше и больше человеческой ДНК и в итоге, наверное, заразить сотни Флотулумов своими нанотехнологическими устройствами: нанокристаллическими металлическими оболочками, усеянными отростками и защищающими сердцевину, наполненную человеческой ДНК..