Нокс: Приятно знать, что хотя бы что-то не меняется.

Хотя на самом деле — меняется.

Желание между мной и Эмерсон всегда было взаимным, мы оба знали, что однажды с грохотом столкнёмся. Это не изменилось. Но раньше только она открывала своё сердце, а я делал всё, чтобы защитить её — в том числе, держась подальше.

Теперь это она была счастлива держаться подальше.

Прошло три дня с тех пор, как я её поцеловал, и как бы клишировано это ни звучало — я до сих пор ощущал её вкус, её кожу под своими пальцами. До заседания совета оставалось ровно тридцать три минуты, возможно, самое важное выступление в моей жизни, а я мог думать только о том, как сильно хочу увидеть Эмерсон.

Вот почему я хотел приехать после того, как она уедет.

— Подано, — сказала Агнес, вытаскивая меня из мыслей, и поставила передо мной тарелку горячих черничных блинов.

— Выходи за меня, — пробормотал я после первого укуса.

Она засмеялась. — Я решила, тебе нужна будет поддержка перед тем, во что ты вляпываешься.

Я жевал задумчиво. — Что ты знаешь, Агнес? — Всё.

— О, ну, я знаю, что вчера ты с треском провалился у Мэри Гриви.

Я замер, потом сглотнул.. — Ну, она никогда не была в восторге от меня.

— Быть не может, что твоё хвастовство, мол только благодаря твоим деньгам реконструкция возможна, как-то повлияло, правда? — Она посмотрела на меня с невинной улыбкой, за которой пряталось всё, что угодно, но не невинность.

— Маленькие города, — пробормотал я, протыкая чернику вилкой.

— О да, — раздался голос Эмерсон, и я чуть не подавился. Вот зачем был нужен скрипучий вход — чтобы такие невозможные женщины не могли подкрасться. Она была в простом, но безупречном облегающем платье. И эти красные каблуки… Я хотел, чтобы они впивались мне в спину. Сейчас. — Как обычно, Агнес? — сказала она, даже не посмотрев на меня.

— Что ты слышала? — спросил я.

Она бросила на меня взгляд из-под ресниц. — Только то, что ты — самодовольный придурок, забывший, откуда родом. И если ты думаешь, что сможешь очернить память героев, то тебя ждёт сюрприз.

— Счёт, пожалуйста, — буркнул я Агнес.

— Я пойду за кофе, — сказала та Эмерсон и направилась к кофейникам.

— Мне не нужно одобрение Гриви, — рявкнул я и тут же пожалел.

— Нет, тебе нужно одобрение совета. А значит — и города. И ты его не получишь, если продолжишь вести себя как последняя задница.

— Я не… — Я покачал головой и отодвинул тарелку. — Чёрт. Я всего лишь сказал ей, что мне несложно оплатить проект. Потому что это правда.

Она наконец повернулась и поглотила меня целиком своими карими глазами. Какая же невероятно сексуальная женщина выросла из той девчонки, пока я не видел. Потом она сдула чёлку с глаз, слишком уж напомнив мне девочку, которую я любил, — и я окончательно утонул. Она была всем, чего я хотел — в чем нуждался — в одном дерзком, прекрасном воплощении.

— Дело не в том, что ты говоришь, Баш. А как ты это говоришь. Почему, черт возьми, ты думаешь, что их первая забота — это деньги?

— Потому что выплаты пособий пожарным обанкротили этот город. Я могу сделать так, чтобы этого больше не повторилось. Чтобы то, что произошло… — Она подняла бровь, и я не смог закончить.

— Со мной, — спокойно сказала она. — С моей матерью.

— Да, — признался я.

То, что тогда произошло, было трагедией не только для семьи Эмерсон, но и для всех семей Hotshot, работавших «сезонно».

— Это были просто деньги. Мы справились. Перестань зацикливаться на финансах. Мы заплатили гораздо больше, чем деньгами, и ты это знаешь. Чёрт возьми, ты и сам платил, Баш. Этот город потерял своих героев, мужей, сыновей, братьев, друзей.

— Думаешь, я этого не знаю? Мы потеряли своих отцов! — вырвалось у меня.

Она кивнула с грустной улыбкой: — Да. Так напомни им, что ты один из нас. Не просто новоиспечённый богач без намерения довести дело до конца. Ты — наследие той команды, сын пожарного, Баш. Если это всё ради твоего эго — ты облажаешься. Но если ты всерьёз хочешь сделать это для них, для наших отцов, у тебя есть шанс. А зная тебя — тебе и одного хватит.

— Два кофе, — сказала Агнес, проталкивая стаканы через стойку.

— Запишешь на счёт? Я не хочу опоздать, — попросила Эмерсон.

— Без проблем, — ответила Агнес. Её глаза метнулись между нами, и она отошла, на лице у неё сияла совершенно глупая ухмылка.

— Увидимся там, — сказала Эмерсон, взяв стаканы.

— Эмми, — остановил я её, легко коснувшись локтя. Она подняла брови. — Ты правда думаешь, что это всё из-за моего эго?

Она вздохнула: — Чтобы обсудить, что я думаю о тебе, Себастьян Варгас, не хватит и целой жизни.

— Ладно. Это был вопрос с подвохом, — признал я. — А что ты думаешь о команде? Без фильтров.