— Кто победил? — спросила она.

Хатч прищурился.

— Как ты думаешь?

Рю перевела взгляд с одного на другого, потом снова кивнула.

— Возьми мою машину.

20

20

Пришлось буквально сложить Хатча, как оригами, чтобы впихнуть его в Мини Купер Рю.

А когда он начал возиться с ремнём безопасности, я наклонилась через него, чтобы помочь, и оказалась лицом к лицу с ним — он внимательно смотрел на меня.

— Ты что делаешь? — спросил Хатч.

Я встретилась с ним взглядом. Наши лица были на расстоянии пары сантиметров.

— Помогаю тебе с ремнём.

— Я справлюсь, — сказал он, не двигаясь.

Он, казалось, больше разглядывал меня, чем слушал — так близко, его глаза скользили по моему лицу, задержавшись на губах.

— Нет, не справишься, — ответила я. — Я наблюдала, как ты две минуты с ним возишься.

Я защёлкнула пряжку.

— Пожалуйста.

На этих словах Хатч закрыл глаза, и я почувствовала, как его рука легла мне за плечи и прижала к нему в крепком объятии.

Я позволила. Несколько секунд лежала у него на груди, слышала его дыхание, чувствовала, как бьётся сердце, пока он не прошептал:

— Теперь ты в безопасности.

Я приподнялась.

— В безопасности? От чего?

— От меня, дурочка, — пробормотал он, отворачиваясь к окну. — Я только что спас нас обоих от той самой индульгенции.

ПО ДОРОГЕ он откинул голову на подголовник, выставив кадык напоказ так откровенно, что я дважды чуть не врезалась в бордюр, стараясь на него не смотреть.

Хатч не открывал глаз.

— Кажется, до меня дошло, — сказал он. — Алкоголь начал действовать.

— Только сейчас? — удивилась я.

— Может, адреналин оттянул эффект, — предложил он и случайно добавил в слово «эффект» лишнюю «ф».

Может, и правда.

Как бы то ни было, на пристани мне пришлось буквально вытаскивать его из машины, как в перетягивании каната.

Потом я обняла его за талию, чтобы направить.

— Всё нормально, — пробормотал он. — Кажется, отпускает.

— Ничего тебя не отпускает — только начинает накрывать.

Мы дошли до середины пути к Rue the Day, когда Хатч попытался вырваться из-под моей руки.

— Я сам дойду.

— Нет, не дойдёшь.

— Тебе лучше вернуться в машину.

— Я вернусь. Как только доведу тебя до двери. Не собираюсь всю ночь думать, что ты упал с причала и утонул.

— Ты помнишь, чем я зарабатываю на жизнь?

— Но ты же не пьяный, когда этим занимаешься?

Хатч кивнул.

— Никогда.

У двери у него возникли проблемы с замком. Там была обычная дужка и навесной замок, и Хатч возился с ним довольно долго, прежде чем я сказала:

— Дай я попробую.

— У меня получается, — буркнул он.

— Не уверена.

— Это же не ракетостроение, — ответил он.

— Ты просто не привык быть в стельку.

— Тут ты права.

Я подошла ближе, чтобы помочь, но он не отошёл. Пришлось слегка подтолкнуть его. Он сначала упёрся, но в конце концов отступил и прислонился к косяку, развернувшись. Я почувствовала, как он на меня смотрит.

— Коул, да? — спросил он.

— Что? — переспросила я, притворившись, что не услышала.

— Ни за что бы не подумал, что ты и Коул — пара. Хоть через тысячу лет.

Мне хотелось — о, как хотелось — сказать: «Мы не вместе». Но если сегодняшний вечер что-то и показал, так это то, что я не имею права подливать масла в огонь. Ещё чуть-чуть, до пятницы. Остался один день.

— Я тоже, — ответила я наконец.

Я провернула ключ, и замок открылся.

— Готово, — сказала я.

Но глаза Хатча были закрыты, он откинул голову назад.

— Хатч? Ты в порядке?

— В порядке, — пробормотал он, не открывая глаз.

— Замок открыт.

Он кивнул.

— Отлично. Можешь идти.

— Я должна убедиться, что ты нормально дошёл, — сказала я и положила руку ему на плечо.

Но он отстранил мою руку.

— Всё нормально.

— Тогда заходи, — сказала я, отступив.

Он открыл глаза и посмотрел на меня.

— Зайду. Когда ты уйдёшь.

— Я не хочу оставлять тебя вот так, — сказала я.

— Я не хочу открывать дверь, пока ты рядом.

— Что? Почему?

— Потому что… — ответил Хатч и отвёл взгляд.

— Эй, — сказала я, снова потянувшись к его плечу. — Давай без этих игр.

Но он остановил меня.

— Это не игра.

— Я не понимаю, что происходит, — сказала я. Мы здесь. Дверь открыта. Ему нужно просто зайти внутрь. И всё же он стоял на месте. — Почему ты всё усложняешь?

Хатч глубоко вдохнул и выдохнул.

— Я просто… очень, очень стараюсь… не поцеловать тебя.

По телу пробежала волна странной радости. Я шагнула ближе.

— Правда?

Хатч выставил руку, как будто останавливая.

— Правда.

— Но ты можешь меня поцеловать. Ты же выиграл конкурс.

— Это не значит, что я получаю приз.